— Я уже говорил, что ты полный ублюдок?
— Да. И что ты ненавидишь меня, тоже.
Гарри бросил на него мрачный взгляд.
— Жалеешь себя? С чего бы это? Тебе не на что жаловаться.
Насколько Северус мог судить, причин для недовольства у него было в избытке. До того, как они прошли ритуал, он представлял себе будущую жизнь совсем не такой... но какой смысл мечтать о недостижимом. Он много раз говорил Гарри — что есть, то есть.
— Почему ты не можешь довольствоваться тем, что имеешь? — в голосе Гарри звучала глухая усталость. Злость юноши испарилась, и теперь он выглядел разбитым. — У тебя же полно секса. Разве я когда-нибудь отказывал тебе? В смысле, после той ночи, когда мы в первый раз по-настоящему были вместе?
У Северуса снова появилось ощущение многократного дежавю. Но если Гарри нужно было еще раз проговорить это...
— Ты был великолепен. Ты всегда великолепен. Но это не меняет моих желаний. Не меняет того, какой вид секса мне нравится больше всего, — понимая, что теряет нить разговора, Северус оборвал себя и на несколько секунд задумался. Сформулировав мысль, он подался вперед и попытался взять руки Гарри в свои, но юноша отдернулся. Что ж, нет, так нет.
Снейп понимал, что черты его лица застыли напряженной маской, столько усилий он прилагал, чтобы не дать прорваться эмоциям. Уж лучше так, чем дать Гарри понять, как много он значит для него. Как сильно Северус хотел бы избавить его от всех этих переживаний, и как сильно в то же время он хотел бы заняться с ним любовью по-настоящему. Так, чтобы это понравилось обоим.
Но чем дальше, тем более безнадежной начинала казаться ему ситуация.
— Заклинание знает меня, знает, чего я жду от моего партнера...
— Говори уж прямо — раба. Ты сам говорил, что мне тоже было бы неплохо так себя называть.
— Хорошо. Заклинание знает, чего я хочу от моего раба. И, несмотря на то, что ты не можешь смириться с моим желанием...
— Поиметь меня в задницу.
Северус склонил голову.
— Как скажешь. Я понимаю, тебе не хочется этого. Но Гарри... Я ничего не могу поделать. Мои предпочтения сформировались задолго до того, как я встретил тебя, и задолго до того, как стало очевидно, что для тебя они станут проблемой.
— Ясно. Но если бы ты мог, ты бы сделал это?
В голосе Гарри прорезалась злость, но Северус уже не успевал за сменой его настроений. Он даже не сразу понял, к чему относится вопрос.
— Что бы я сделал?
— Изменил свои предпочтения!
Снейпу на обдумывание ответа понадобилась всего секунда.
— Конечно, изменил бы.
— Я тебе не верю.
Северуса это не покоробило. Он сам не мог сказать точно, верит ли своим словам. Он бы изменил в себе все, что угодно, лишь бы скорее уничтожить Темного Лорда. Но Гарри имел в виду не это. Запретил бы Северус себе желать этот дивный зад, стал бы он довольствоваться лишь удовольствием, которое дарили ему руки и губы Гарри? Смог бы он счастливо прожить жизнь без секса, без погружения в тесное отверстие, сжимающееся вокруг его члена, выдаивающее из него наслаждение? Смог бы он прожить без секса с его Гарри? Ради победы в войне — да... Да, смог бы, как бы тоскливо ни было это признавать. Но сделал бы он то же самое только для Гарри?
Северус не знал. Ему не хотелось об этом даже задумываться. Какой смысл накручивать себя, обдумывая бесполезные «а что, если»?
— Забавно, — мягко начал он, — с каким усердием ты пытаешься заставить меня почувствовать себя виноватым, тогда как всего лишь этим утром я пытался убедить тебя, что ты ни в чем не виноват.
Гарри уставился на него как гиппогриф, оценивающий нового знакомца.
— В смысле?
— Ты не мог бы выздороветь быстрее. Ты не можешь изменить свое отношение к сексу. Задумайся, Гарри... я тоже не могу, — на последних словах Северус пожал плечами.
Пару мгновений юноша сидел молча, глядя перед собой. А потом нахмурился:
— Так нечестно.
Северус не стал напоминать ему, что жизнь редко бывает справедливой. Гарри и так это прекрасно знал.
— Но это так. Я не могу лгать заклинанию. Как и ты.
— Но тебе нужно только одно.
Не совсем точно, однако Северус не собирался придираться к словам.
— Ладно, давай тогда просто сделаем это, — сказал Гарри, садясь прямо. — Как я и сказал с самого начала.
— Если ты все еще считаешь, что твое самопожертвование меня возбуждает, значит, ты не услышал меня.
— Ага, теперь я еще и глухой, — взвился Гарри. — Я знаю, что я твой раб, но и тебя я тоже знаю, так что понимаю, какой раб тебе нужен. Ты не хочешь, чтобы я спал на коврике под дверью, а ты бы помыкал мной как хотел. Тебе нужен сильный партнер, умеющий отстаивать свои права, что я сейчас и делаю. И знаешь, что я хочу сказать про эти твои души прекрасные порывы? Засунь их себе в жопу, вот что!
Северус с трудом перевел дыхание. Он не знал, как реагировать на такое представление. Недвусмысленное стремление Гарри дать своему партнеру то, чего тот желает, не могло не радовать, но в то же время создавалось впечатление, что юноша еще сам не разобрался в своих мыслях.
