— Очень смешно, — Северус пропустил волосы Гарри сквозь пальцы, и его взгляд был при этом... по-настоящему нежным. Гарри не успел ничего сказать — зельевар быстро спохватился и отдернул руку, потянувшись вместо этого за палочкой.
— Тебе все еще холодно? — не дожидаясь ответа, Северус наложил греющие чары. А когда он снова взглянул на Гарри, в его темных глазах мерцало чувство, которое Гарри сразу распознал. Это была не нежность. Это был взгляд, полный чистого желания. Или даже чего-то большего.
Вожделения.
Гарри почувствовал, как внизу живота зарождается ответное тепло. Это было странно, ведь он знал, чем все кончится. Вернее, он прекрасно понимал, кто скоро кончит — и этим счастливчиком будет не он. Он будет снизу.
Но Северус был прав. Пора возвращаться к привычным ролям. И смысла жаловаться нет, это лишь испортит обоим вечер.
Гарри откинул одеяла в сторону и лег пониже.
— Все в порядке. Я готов.
Северус провел пальцем по бедру юноши, едва коснувшись яичек и члена. От прикосновения по коже Гарри побежали мурашки.
— Есть и другие позиции.
Другие позиции? На четвереньках Гарри не собирался даже пробовать! Если Северусу такая поза нравится — на здоровье, но сам он так извращаться не готов. Хотя вряд ли Снейп имел в виду именно это. Скорее, он предложил бы Гарри попробовать сесть сверху.
Но это уж слишком откровенно. Гарри стало не по себе. Лучше продолжать по-старому — по крайней мере, лежа на спине, можно убеждать себя, что они занимаются привычным фроттажем.
— Эта позиция лучше всего.
— Судя по всему, так и есть, — согласился Снейп. До Гарри не сразу дошел смысл замечания, но потом он понял. Наверняка дело было в связи разумов: Северус почувствовал, что Гарри сказал правду о своих предпочтениях.
Тем не менее, напоминание о том, что каким бы нежным Северус с ним ни был, он навсегда останется его хозяином, подействовало на Гарри не лучшим образом. Его член заметно обмяк.
Северус поджал губы, но потом на его лице появилось решительное выражение. Он повернулся головой к изножью кровати и вобрал член Гарри в рот.
Застигнутый врасплох, Гарри застонал и подался бедрами вверх. Несколько мгновений он позволял себе наслаждаться вниманием, но потом вспомнил, что обоюдные ласки в сто раз лучше даже самого классного минета. Он попытался устроиться так, чтобы дотянуться ртом до члена Северуса.
Да, вот это он любил. Чувствовать его длину, его бархатистую поверхность, чувствовать, как он проскальзывает в рот, а потом глубже, в горло — в то время как его собственному члену... воздают настоящие почести.
Гарри не знал, как еще описать это.
Северус не прерывался ни на секунду, пока Гарри не стал задыхаться от желания, готовый к продолжению. Тогда зельевар поднял голову — только для того, чтобы произнести одно слово:
— Еще?
Искушение сказать «да» было велико, но Гарри не был настолько эгоистичным. Он понимал, чего действительно хотел Северус, и это были не игры валетом.
— Нет, — выдохнул он, выпустив изо рта его член. Это потребовало определенного мастерства, учитывая, что Гарри был снизу. Хотя сейчас это «снизу» Гарри ничуть не задевало — взаимный минет был замечательным и... равноправным. — Нет. Хочу, чтобы ты вошел в меня.
Ни головной боли, ни волны тошноты. Конечно, нет. Это была не совсем правда, но и не ложь. Гарри хотел почувствовать Северуса внутри себя, пусть даже по не совсем обычной причине.
Вряд ли есть еще кто-то, кто во время занятия любовью вспоминает о Волдеморте, подумал Гарри, внутренне усмехаясь собственному черному юмору. Да уж, где сыскать второго такого идиота.
Да и одного многовато, чего уж там говорить. Гарри выбросил из головы все мысли о злобном красноглазом мерзавце, сосредоточившись вместо этого на темных прядях волос Северуса, который снова повернулся лицом к нему. Гарри залюбовался тем, как волосы обрамляли бледное лицо любовника... О, да. Так гораздо лучше.
Северус наклонился, чтобы поцеловать его, одновременно начав двигать бедрами в привычном ритме фроттажа. Член гладко скользил по влажному члену; Гарри обхватил Северуса ногами и прижался к нему. М-м-м-м... Хорошо. Идеально...
Юноша позволил своим глазам закрыться и просто получал удовольствие.
Когда Северус спустился ниже, Гарри не стал открывать глаза. Но не потому, что боялся увидеть что-то неприятное. Эти дни были давно позади. Сейчас он всего лишь пытался не растерять ощущения. Пока он не открывал глаза, ничто не выдергивало его из дурмана страсти, член оставался твердым, а яички тяжелыми и подтянутыми к телу.
Однако внезапно что-то изменилось. Гарри почувствовал сильный приятный запах. Ему не понадобилось много времени, чтобы сообразить, чем пахнет — ведь не зря же он столько раз за последние пару дней открывал бутылочку со «Смягчающей мазью и нежной смазкой».
Зеленое яблоко и малина. Но на этот раз не в его ладони, а в тонкой изящной кисти Северуса.
