Когда стрелка лениво подкралась к девяти, я засобиралась домой. Ну что ж, это было его решение и, увы, оно было принято не в мою пользу. Мама говорила что-то ободряющее, папа нервно курил на балконе (а ведь последний раз он брал в руки сигарету, когда Арину замуж выдавал), бабуля недовольно поджимала губы, а я... а что я... Я молча оделась и побрела домой, всем сердцем надеясь, что не столкнусь на лестничной площадке со своим соседом. Эх, все-таки я самая настоящая дура!
Уснуть я так и не смогла, поэтому утро встретила не в лучшем своем виде: мешки под опухшими, потухшими глазами (все же добравшись до дома, я позорно разревелась), такое же опухшее, помятое, немного сероватое лицо, бледные искусанные губы, гнездо на голове.
Даже Саныч, увидев опоздавшую меня, поперхнулся заранее заготовленной гадостью и просто предложил занять свое место. Студенты с любопытством оглядывались и перешептывались, но раз поймав злобный Дашкин взгляд, тут же замолкали и больше не отсвечивали в этом и так сером мирке.
Подруга не пыталась выяснить, что произошло, сегодня она и сама выглядела не лучшим образом: джинсы, футболка, босоножки на плоской подошве, высокий хвост и полное отсутствие косметики - для кого-то обычная повседневная одежды, но я-то знала, что если Дашута слезла с каблучка, то что-то обязательно произошло. Но сочувствовать ей сейчас у меня не было не сил не настроения, обе мы это понимали и были благодарны молчаливой поддержке друг друга.
Противная стандартная мелодия застала меня врасплох во время окна перед третьей парой. И почему-то даже не глядя на экран, могла точно сказать, кто звонит. А этого кого-то мне слышать совершенно не хотелось. После пятого звонка звонивший успокоился, а я немного перевела дух. Но буквально через минуту вновь заиграл телефон, но к счастью на этот раз не мой. Даша вмиг побледнела и дрожащими руками начала копаться в своей бездонной сумке в поисках не унимающейся трубки.
-Слушаю,- дрожащий хрипловатый голос срывался, чуть ли не на всхлипы, когда подруга наконец-то отыскала телефон и ответила.
Звонивший что-то торопливо говорил, а Даша прислонившись к стене и прикрыв глаза глубоко дышала. Морщинки между бровок разгладилась, на щеках появился легкий румянец, зубы уже не отбивали непонятную дробь, дыхание выровнялось, и девушка вновь стала похожа на человека, а не на свеже поднятый трупик (короче говоря, полная мне противоположность).
-Очнулся... Да, рядом... Не знает?.. Но... хорошо, сейчас дам...
Ободряюще улыбнувшись, Дашута передала мне свой телефон. На экране мигала запись "Любимый". Ха, значит, сам не дозвонился, решил подослать своего дружка, и что он мне скажет, хотя нет, не интересно. Уже хотела нажать на отбой, как трубка взорвалась совсем не мужским криком:
-Да возьми же ты трубку, идиотка!!!
От столь любезного эпитета в мою сторону я даже забыла, что хотела сказать и лишь пискнула что-то в динамик.
-Наконец,- раздался знакомый женский голос,- где он тебя только такую нашел.
Сейчас я не реагировала на оскорбления и лишь пыталась понять, почему Таша, а это была именно она, звонит с телефона Ильи. Наверное, глупо, но это была защитная реакция, потому что в голову полезла не нужная, жуткая ересь.
-Сядь,- услышала я и тут же подчинилась, усевшись возле стены на свой рюкзак,- а теперь будь хорошей девочкой и слушай.
В ответ кивнула головой, хотя собеседница и не могла увидеть этого, просто в горле пересохло, а вместо слов вырывался непонятный хрип.
-Мат попал в аварию, безмозглый мальчишка,- выругались на том конце провода, явно адресуя эту любезность Архипову,- он в реанимации, только что от наркоза отошел.
Перед глазами почему-то запрыгали веселые разноцветные блики и слова размазывались в зудящее непонятное шипение.
-Эй, ты меня слышишь,- как сквозь вату услышала я и отключилась.
Вязкая темнота отпускала с большой неохотой, но резкий запах вырвал сознание из липкого спасительного обморока. Локоть неприятно зудел, а отголоски боли стреляли в плечо. Перед глазами маячило взволнованное Дашино личико, а маленькая ручка была занесена для нового удара. Пришлось выдавить из себя непонятное мычание, чтобы вновь не получить отрезвляющую пощечину. Где-то не далеко послышались шебуршание и чьи-то приглушенные голоса.
-Ян,- встревоженный голос подруги окончательно привел в себя,- с тобой все нормально?
Покивала отяжелевшей головой, все же поднялась по стеночке, отказавшись от помощи Дашуты. Никогда не думала, что я настолько слабая. Грохнуться в обморок посреди коридора, а во всем виноват этот несносный Архипов.
-Ты ведь знала,- даже не спрашивала, утверждала я, подруга растерянно кивнула, а мне оставалось лишь молча пробираться к выходу.
Сердце бешено отбивало ритм где-то в горле. Сейчас я совершенно не хотела думать о том, что и когда могло случиться с этим непутевым, ведь такими темпами можно прийти к выводу, что в аварии косвенно виновата я. А больше чем чувствовать себя слабой я не любила только чувствовать себя виноватой. Не думать. Не думать! НЕ ДУМАТЬ, МАТЬ ТВОЮ...
