— Нет, совсем не так!.. Покойный мой дед Жумабек рассказывал, что во времена организации колхозов между чабанами было мало грамотных людей. Наверное, вы помните моего деда? У него не было одного глаза. Чабанами были хромой Аргымбай, глупец Майлыбай… Если кто был не учен и не очень способен, говорили: «Иди в чабаны!»
Темирболот перевел дух.
— Сейчас все по-другому. В то время и сами председатели были полуграмотные люди. Вот вы у нас председатель, а раньше работали в райкоме. Вы по собственному желанию приехали сюда и полюбили свою работу. Меня же привлекает работа чабана, я хочу быть «председателем отары». Но не глупым и темным, а образованным председателем. Я хочу знать все: как надо выращивать овец, каким образом поднимать товарность овцеводства, чтобы это отвечало требованиям сегодняшнего дня. Чтобы решить эти вопросы — можно ли не учиться?
Кенешбек молча потрепал Темирболота по плечу и с улыбкой спросил:
— А что будете делать с бабушкой?
— Бабушку перевезем к нам, она будет жить вместе с директором Жанаргюл. И со мной, пока я не кончу школы.
— Очень хорошо придумали!.. Завтра же перевезите бабушку. Окна, двери ее дома заколоти, хорошенько закрой ворота во двор, чтобы туда не могла пробраться скотина. Потом возьми из склада новую юрту и поставь поблизости, чтобы не торопясь проверить, все ли в порядке, и не спеша собери вещи, которые вы с матерью решите взять с собой. На складе получите два центнера муки и центнер талкана.
— А когда овец принимать? — нетерпеливо спросил Темирболот.
— После того как сделаете все, что я сказал. Овец будет принимать Айкан. А я дам ей в помощь человека, пока ты не окончишь школу. Завтра обо всем этом скажу завхозу.
— Спасибо, дядя!
— Но все это при одном условии: если станешь отвлекаться, плохо подготовишься к экзаменам и получишь хотя бы одну четверку, тогда не только к отаре, но даже к самому худому ягненку не подпущу!. Тогда и с Айкан пасти овец назначу другого!
Темирболот улыбнулся, нахлобучил ушанку, пожал руку Кенешбеку и выбежал из кабинета.
Весна! Она приносит радость не только человеку, но и зверю, и парящей в небе птице, и снующим по земле букашкам. Вот пришла светлая, звонкая весна. Все живое на земле приступило к весенним заботам.
Если охотник хорошо прицелился, он уверен, что не промахнется. Колхозники подобны метким охотникам. Они убеждены, что выполнение величественного, как вершины Хан-Тенгри, плана семилетки приведет их к чудесным успехам. Они чувствуют, что тогда сделают уверенный шаг к коммунизму.
В народе говорят: «Если отец перевалил через высокие горы Зындана, то сыну суждено одолеть высочайшие ледяные вершины Ала-Айгыра и Сайкала». Народ возлагает большие надежды на подрастающее поколение.
Было время, когда бедный дехканин должен был своими руками зарыть каждую яму, прокладывая дороги в горах. А сейчас бульдозеры и грейдеры перекопают любую равнину, засыплют любые впадины и овраги. Целину, которую не под силу было одолеть деревянной сохе — буурсун, теперь покоряют тракторы. А сколько еще создано чудесных машин, помогающих колхозникам творить чудеса!
Когда работаешь на одной из этих могучих машин, веселье приходит само собой.
Так пел завклубом Асанкожо, заменивший заболевшего тракториста. Сегодня прицепщиком у Асанкожо — Темирболот.
Молодой джигит лопатой сбивал с лемехов сорную траву и прилипавшую землю. Он просил:
— Дядя Асанкожо, еще спойте!
И Асанкожо пел еще и еще, вспоминая и новые и старые песни.
Пословицу «Весна — соревнование, а осень — борьба» Кенешбек Аманов толковал так: «Весной победим в соревновании, а осенью — в борьбе». И поэтому во время весенних работ в аиле не оставалось ни взрослых, ни подростков. Сегодня в школе выходной день. На поле все школьники, даже первоклассники, все учителя… Ученики старших классов сели на прицепы, сеялки, ребята поменьше чистили арыки, сажали деревца. А первоклассники помогали подносить удобрения.
На полях работа кипела! Солнце, как бы радуясь любви людей к труду, особенно нежно ласкало землю. Особенно вдохновенно пел свою песенку жаворонок. Принимая происходящее за небывалый пир, галки и воробьи стайками следовали за тракторами и сеялками.
Асанкожо, без умолку распевающий песни, оглянулся и крикнул Темирболоту:
— Брось в них лопату, обязательно попадешь!
Темирболот, оглянувшись, увидел, что галки и воробьи от них не дальше, чем в трех метрах. Птицы клевали из свежей борозды больших белых червей.
Темирболот, переведя взгляд на Асанкожо, отрицательно покачал головой.
— Не стану я в птиц ничего бросать!
— Почему не станешь?
— Они уничтожают вредителей.
— Вредителей?
Темирболот улыбнулся.
