Когда Чырмаш был совсем близко, Темирболот засунул бинокль за пазуху. Но бинокль выпирал, и он спрятал его под куст.
Темирболоту не хотелось показывать бинокль Чырмашу, да и вообще немногие знали, что он есть у молодого джигита.
— Ассалом алейкум, дядя Чырмаш! — крикнул Темирболот и зашагал навстречу соседу.
Чырмаш, не отвечая на приветствие, принялся плеткой стегать коня по голове.
— Что вы делаете, дядя Чырмаш, что случилось?
Чырмаш, не обращая внимания на Темирболота, продолжал хлестать коня. Спрыгнул на землю, еще раз огрел жеребца плеткой и сердито проворчал:
— Почему теперь не встаешь на дыбы? Почему снова меня не сбрасываешь? — и занес плетку над головой коня.
— Бросьте, дядя, разве можно так животное бить? — Темирболот выхватил плетку из рук Чырмаша.
— Как поживаешь? — как ни в чем не бывало спросил Чырмаш. — Как мать, жива-здорова? Это не животное, а просто проклятье! Разве бывают такие кони? Чуть зашуршит трава, он сразу шарахается в сторону как бешеный. Сегодня меня сбросил и чуть не убил до смерти.
Темирболот знал, что Чырмаш говорит неправду. В бинокль он все видел: Чырмаш все время спокойно ехал верхом на коне.
— Вы упали с коня?
— Да еще как упал!.. Грохнулся спиной и валялся, пока не отдышался.
Темирболот еще раз убедился, что Чырмаш лжет, но не мог понять зачем. Не мог он также определить, с какой целью тот приехал сюда, бросив свою отару.
Темирболот молчал, не зная, как повести себя дальше с Чырмашем.
— Слушай, Темиш, почему ты сегодня пеший? — спросил его Чырмаш. — А где твой конь?
— Конь захворал и всю ночь лежал, не поднимаясь на ноги. Только под утро ему стало немного легче, — Темирболот, не умевший лгать, покраснел и отвел глаза в сторону.
Чырмаш все время оглядывался по сторонам; он не заметил смущения Темирболота.
— Что нового в ваших краях? — спросил Чырмаш и вдруг увидел какие-то точки на дальних горах.
— Ничего нет нового, — с трудом вымолвил Темирболот.
— Вон там что-то чернеет: скот или люди? Если люди, то скорее всего пограничники?
— Не знаю, — снова едва выдавил из себя молодой джигит.
Ему вдруг показалось, что Чырмаш задал свой вопрос, как бы говоря: «Это те пограничники, которых вы позвали».
Темирболоту никогда еще не приходилось попадать в подобное положение. Он был почти уверен, что Чырмаш сейчас скажет: «Ну-ка, рассказывай, что ты натворил!»
Темирболот посмотрел в сторону своей отары. Заметив, что одна овца отделилась от других и, увлекая за собой ягнят, помчалась через бугор, Темирболот громко завопил «ей-ей» и бросился со всех ног за строптивой.
— Темиш, куда это ты? — крикнул Чырмаш ему вслед.
— Видишь, отара разбрелась, — ответил Темирболот.
— Вернись, возьми моего коня и тогда легко повернешь отару.
— Спасибо, не нужно! Я погоню так! — последние слова донеслись до Чырмаша уже издали.
Чырмаш рассмотрел, что на дальнем склоне действительно были люди. Они стояли у зарослей и валунов, где пришлось ночевать Урбаю.
Чырмаш сжал кулаки, комок подступил к его горлу. Он быстро вскочил на коня и помчался к своей отаре.
Стоявшие у зарослей люди быстро, как бы наперегонки, начали спускаться вниз.
Испуганный Чырмаш, не отводя от них глаз, продолжал скакать к своим овцам. И вдруг он ясно увидел семерых пограничников, которые ехали верхом вслед за двумя овчарками по тому месту, откуда вчера увез свою белую овцу Темирболот. Чырмаш соскочил с коня и испуганно присел на корточки.
Овчарки направились к юрте Чырмаша, пограничники следовали за ними. Но вот один отделился и поскакал в сторону Чырмаша. Чырмаш быстро лег на спину, всем своим видом показывая, что он тут ни при чем.
Темирболот снова достал бинокль и, взобравшись на холм, опять принялся оглядывать окрестности.
На противоположном склоне у густых зарослей возле каменного выступа его внимание привлекли две сороки-хлопотуньи. Когда одна отлетала в сторону, другая немедленно занимала ее место. Когда та отлетала, возвращалась первая. Иногда они отдалялись вместе, но через несколько мгновений неизменно возвращались к полюбившемуся им каменному выступу.
Темирболота заинтересовали эти хлопотливые птички, и он, не отводя бинокля от глаз, следил за обеими. Отара Темирболота медленно поднималась по склону.
«Если беркут кружится и клекочет, он что-то обнаружил. А коль так, то герою достается добыча, а трусливому — одна тревога? Заряди ружье, подкрадись поближе, может быть, и тебя привлечет добыча героя-беркута!» — так говорил Темирболоту старец Ашым, когда Темирболот приходил к нему прощаться перед отъездом на джайлоо.
Наигрывая на комузе, старец Ашым многое тогда поведал Темирболоту, а в довершение всего подарил свирель.
И Темирболот стал вспоминать, что еще говорил ему почтенный старик.
«Если в небе кружатся вороны и потом быстро падают вниз, то обязательно будет буран».
«Если ночью воет волк, то значит зовет других, чтобы вместе напасть на стадо».
«Если овца или коза навострит уши, роет копытцами землю и нюхает воздух, то жди появления волка или чужой собаки».
«Если лиса шныряет по буграм, значит она сыта. А если крадется по оврагам, то ищет добычу».
