- На мой взгляд, товарищ Сталин, сложившаяся в мирное время система государственного управления не отвечает требованиям военного времени.- В кабинете раздаётся возмущённый гул. - Вот, например, мы сейчас на политбюро обсуждаем чрезвычайный народнохозяйственный план. Мало того, что третий квартал уже давно начался, ещё потребуется время для его детализации на уровне бюро СНК, наркоматов, главков и предприятий. Неизбежно на местах возникнут ситуации, которые в рамках существующей системы управления промышленностью потребуют согласований в плановых , финансовых и других центральных органах. Предвидя эти ситуации, товарищ Вознесенский, пользуясь своим высоким положением, хочет наделить представителей Госплана на местах не только контрольными функциями, которые можно только приветствовать, но и функциями управления, координации. Шаг вполне логичный, так как имеет целью ускорить прохождение решений из центра до предприятий, но, с другой стороны, дублирующий работу наркоматов и главков. Большая же самостоятельность наркоматов и главков позволит избежать большинства согласований в рамках плановых заданий. При этом за ГоКО останутся только директивные и контрольные функции. Плановые задания наркоматам будут спускаться его постановлениями. А если вы, товарищ Сталин, как председатель ГоКО будете совмещать пост наркома обороны, то планы операций на фронте будут в максимальной степени согласованы по объёму и времени с планами выпуска военной техники в тылу.
'Осторожничает,- боковым зрением слежу за, раскачивающейся в такт шагам, фигурой хозяина.- Не хочет без острой необходимости ломать работающую систему'?
- Думаю, товарищ Чаганов, - вождь вновь останавливается напротив,- что ваши соображения по поводу поста наркома обороны заслуживают дальнейшего обсуждения. Для укрепления власти председатель Совета народных комиссаров вполне может совмещать свою должность с постом одного из наркомов. Но давайте вернёмся к обсуждению контрольных цифр квартального плана.
* * *
- Вы, конечно, фельдмаршал, теряетесь в догадках,- Гитлер убирает со стола правую руку, которая начинает заметно подрагивать,- для чего я вас так срочно вызвал к себе с фронта...
- Так точно, мой фюрер,- неудобно сидящий на низком кресле Рейхенау нервно кивает.
- ... Я хочу предложить вам пост начальника Генерального штаба сухопутных сил...
- Мой фюрер, я готов выполнить любой ваш приказ, но моя служба в основном проходила в войсках, я никогда не...
- Мне это известно, фельдмаршал,- Гитлер нетерпеливо перебивает его, встряхнув головой,- но делая это предложение вам, я исходил из того, что главной чертой генерала, который займёт этот пост, должна быть безусловная преданность душой и телом идеям национал-социализма. Именно этот идейный стержень позволит вам, я в этом не сомневаюсь, ещё глубже раскрыть своё военное дарование и справиться с обязанностями начальника Генерального штаба. В прошлом нам слишком часто приходилось идти на компромисс, ставя во главу угла лишь деловые качества кандидата на высокий пост. Мы закрывали глаза на его фрондёрство, рассчитывая, что оно выражается лишь в словах, за которыми не следуют никакие действия. Это время безвозвратно прошло вместе с тем подлым покушением, которое произошло в Цоссене. Итак, фельдмаршал, ваше слово, готовы ливы принять на себя эту тяжёлую, но почётную ношу и пойти нога в ногу со мной к победе Германии - сегодня я вступаю в должность Главнокомандующего сухопутными силами вермахта.
- Почту за честь, мой фюрер,- Рейхенау вскакивает с места,- хайль Гитлер!
