Маша кивнула и подумала, что напрасно не спустилась днем в кафе, прикупить себе что-нибудь на вечер. В этот момент телефон зажужжал снова. Маша схватила его и вернулась на свое рабочее место.
– Как настроение?
– Спасибо. В порядке.
– Рад это слышать. Очень занята?
– Да.
– Предлагаю расслабиться после работы.
– Что?!
– В твоем голосе я слышу испуг. Я что-то не так сказал? Английский – не мой родной язык.
– Спасибо за приглашение, но я сегодня задержусь допоздна, а потом сразу поеду домой. У меня мало свободного времени, – прибавила Маша.
– Очень жаль. Мне хотелось бы с тобой увидеться.
– Не уверена, что это необходимо, – она мысленно похвалила себя: это был очень корректный отказ.
После первого звонка утреннего незнакомца Маша пребывала в раздумье, но ни к какому решению так и не пришла. Сейчас же она решила, что все это просто смешно. В ее жизни и так полная неразбериха, не хватало еще этого корейца.
– Я добрался до Музея музыки. Много интересных, старинных инструментов, даже есть скрипка Страдивари, правда, сына.
В ответ Маша пробормотала что-то неопределенное. Утомительный день давал о себе знать – голова с трудом соображала. Она ведь только что дала ему от ворот поворот, разве нет? При чем здесь скрипка Страдивари?
– Куда и во сколько за тобой приехать?
– Не надо приезжать! У меня вечером дела… да, я иду в гости.
– Понимаю.
Маша готова была поклясться, что он сказал это с улыбкой:
– Ты боишься?
– Какие глупости! Чего мне бояться?
– Я не отрезаю девушками головы в темном лесу. Я очень спокойный, уравновешенный человек. Я был бы рад встретиться. Конечно, в разгар дня и в людном месте.
Маше стало неловко. Чего она, в самом деле, так беспокоится?
– Но я даже не знаю, как тебя зовут.
– Меня зовут Ким Иль У, – ответил он.
Маша взяла листок, карандаш, прижала трубку к плечу и начала записывать, но в нерешительности остановилась.
– Это пишется в одно слово?
– Ты записываешь мое имя?
– Э-э, понимаешь, только не обижайся, оно прозвучало для меня непривычно. Я и русские-то имена малознакомых людей плохо запоминаю, а твое имя на мой слух – странный набор звуков.
На несколько секунд воцарилось молчание.
«Обиделся?» – подумала Маша.
Но он ответил непринужденно:
– Пишется в три слова. Ким – фамилия. Иль У – мое имя.
– Спасибо, – пробормотала Маша, царапая на бумажке имя корявым почерком, потому что рука непроизвольно дрогнула. – Извини.
– Если ты записываешь имя, значит, мы увидимся?
– Я не уверена…
– А утром выглядела очень уверенной. Я должен тебе кое-что сказать: ко мне следует обращаться «господин Ким» или называть полным именем. Короткая форма, Иль У – только для семьи и близких друзей.
Это была явно шутливая фраза, и чтобы как-то преодолеть неловкость, Маша ответила ему в тон:
– Благодарю за разъяснения, господин Ким… но меня почему-то тянет сказать «товарищ Ким».
Снова короткая пауза.
– Прошу прощения! – пролепетала она, внезапно вспомнив из курса истории про разъединенный Корейский полуостров, закрытый коммунистический Север с чередой вождей по фамилии Ким, и капиталистический, открытый миру Юг. Надо же быть такой бестактной, не язык, а помело! Может, он как раз из Северной Кореи и сейчас глубоко оскорблен этим нелепым замечанием.
– Я южанин. Мне привычнее обращение «господин».
– Я говорю глупости. Извини. Сегодня у меня нелегкий день, столько работы навалилось… А утреннее происшествие и твой звонок добавляют в мой кошмарный день сложностей.
– Сочувствую. Если ты устала, закончить этот день нужно по-особенному – подняться над проблемами как можно выше.
– Подняться? Что это значит?
– Слышал, тут есть самое высокое здание с рестораном. Любопытно взглянуть.
– Ужин в «Лахта-центре»?
– Да, кажется, так называется эта башня. Когда ты освободишься? Я приеду за тобой.
Прозвучало волшебное слово «ужин», но Маша быстро опомнилась. Одежда, прическа, макияж – все это мгновенно промелькнуло перед ее мысленным взором. На ней были старые джинсы, невзрачная футболка и кроссовки. Волосы стянуты в хвост, потому что утром она не успела помыть голову. Челка стоит дыбом – сколько раз за день она накручивала ее на палец, что за ужасная привычка!
– А-а-а, хорошая идея, спасибо, но я не могу.
– Почему?
– «Лахта-центр» далеко… Нет, я не пойду! – решительно заявила она, но через секунду добавила. – Это не потому, что я чего-то боюсь, просто очень устала и не в настроении.
– Понятно. Хорошо, не буду настаивать.
Маша почувствовала смутное беспокойство от мысли, что он сейчас свернет разговор.
– Может быть, завтра?.. – проговорила она полувопросительно.
– Завтра день будет спокойнее?
– Такой же, но я постараюсь закончить все дела вовремя и не задерживаться.
Он спросил, куда приехать, и Маша назначила встречу у подземного перехода на Невском проспекте возле станции метро «Гостиный двор».
После того как он попрощался, Маша посидела в задумчивости некоторое время, а потом позвонила Насте. Как и ожидалось, Настя прохладно отнеслась к идее встречи с «этим подозрительным типом».
– Твое постоянное недоверие ко всему на свете… – протянула Маша, выслушав очередную сентенцию о несовершенстве этого мира.
