Через пару минут после ухода супруга какой-то тип сел на бревно рядом с ней. Сначала она заметила только остроносые сапоги, подбитые железом, на высоких каблуках, тоже с железными набойками.
– Я готов стать дружком такой красивой девушке, как вы, – проговорил тип, не сводя глаз с родео (ковбой в стетсоне и вышитой серебром рубашке выделывал пируэты под брюхом бычка цвета красного дерева), – уж я бы не оставил ее совсем одну на ограде.
Оставленная девушка бросила в траву обглоданный кукурузный початок. На него тут же набросилась стая мух.
– Он мне не дружок.
– А. Тогда я мог бы пригласить вас выпить…
– Это мой муж.
– О. Веская причина оставить свою супругу… особенно если у нее такие красивые глаза.
Парень был довольно привлекательный, для тех, кому нравится тип загонщика кабанов в рубашке от «Аберкромби и Фитч», в металлической цепи на шее с выгравированными инициалами и с усами в форме хребта трески. Джинджер чуть не расхохоталась.
– Я вижу, он возвращается, – сказала она, хотя ничегошеньки не видела. – Спасибо за комплименты.
Он небрежно соскользнул с бревна, стянул цепь на кадыке.
– Я буду на танцах сегодня вечером, – сказал он с улыбкой под хребтом трески. – За загоном для лошадей.
И он ушел, щелкнув по шляпе. Вскоре вернулся Фред.
– Ты с кем-то говорила?
– Меня пригласили на танцы. Знаешь… За загоном для лошадей.
– Может, все-таки пойдем? Я сто лет не танцевал.
– Ты хочешь разобраться с козлятницей, которая блестит как начищенный паркет?
– А ты с Кларком Гейблом из стойла?
– Ха-ха. Ты, значит, его заметил, лицемер.
– Видел тут анемичную зубную щетку… кажется, это были усы.
Она вдруг обняла его за шею, чтобы поцеловать, больше совсем не сердясь. Но почти тотчас же ее смех поперхнулся и замер где-то в горле… Как по взмаху волшебной палочки злой колдуньи перед ними материализовалась прекрасная козлятница, и все было при ней – декольте, зубы и накрашенные губки.
– Это Бен Олсон, силен, правда? Вон тот парень на бычке! – сказала она, показывая на блуждающий огонек в ковбойской шляпе, который гарцевал на мычащем животном посреди лужайки под аплодисменты публики. – Он может продержаться больше шестнадцати секунд!
Она подобралась поближе к Фреду, продолжая делать вид, будто заворожена Беном Олсоном на бычке.
– Что скажете? – спросила она через некоторое время.
– Что это довольно замысловатый способ борьбы с запорами, – небрежно бросила Джинджер.
Фред прыснул. Над пламенеющим ртом вспыхнули два злых глаза.
– Фред, я нашла кое-кого, кто избавит вас от тачки… и всего остального. Идемте, я вас познакомлю!
И без долгих церемоний красавица увела под ручку Фреда Фройденкерлештурма, который… покорно пошел за ней… оставив свою жену… сидящей… на ограде.
На поле награждали теленком победителя родео. Оставшаяся в одиночестве супруга снова машинально запела
В эту самую минуту одна мысль проросла в недрах ее ума. Или, если росток там уже был, обида послужила ему водой и удобрением.
Прошел час, а Джинджер так и не видела больше Фреда. И в ее сердце вода и удобрение делали свое дело, выращивая горечь и гнев.
Она вернулась к стенду Оруэлла, где ее радостно приветствовала Белоснежка. Джинджер было невероятно грустно. Оруэлл ласково похлопывал по карману, а сестры Вердален хихикали, как две веселые ведьмочки, над своим почти опустевшим прилавком под бдительным взглядом матроны со шпорами, которая, в отличие от них, вовсе не так успешно распродала свой
– Распашонки Джинни имели бешеный успех! – сообщила Энид.
– …спех! – повторила Дженевьева. – И пикулей не осталось. Разлетелись как горячие пирожки.
В громкоговорителях снова запела Глория Дехейвен.
– Кстати, я отложила для вас два куска яблочного пирога, Джинджер. Вы, должно быть, проголодались?
Она чувствовала, что не сможет ничего съесть. Однако съела. Глотала куски как камешки. В ее желудке завязался болезненный узел, пока она искала Фреда глазами среди дымков барбекю и туч мух.
– Вы ищете вашего мужа? – спросила Энид.
– …ужа?
– О. Он там. Нашел кого-то, кто возьмет тачку и ку…
Не успев договорить, она заметила, что тачка вместе со всем остальным исчезла.
– Ох! – хихикнула Энид. – Они уже давно забрали весь скарб.
– …карб. Фред был очень рад. Они все ушли, куда – не знаю.
– Все? – с трудом выговорила Джинджер.
– Фред, тип, который взял тачку, и барышня в красивом платье…
– …и с чудовищной помадой! – отрезала Энид с гримасой отвращения. – Можно подумать, что она съела сырой стейк.
– …тейк. Фред… Фред вам кое-что принес. Выменял на весь этот скарб. Это вам, держите.
Из-под козел Дженевьева извлекла медный таз для варки варенья. Великолепный таз, совсем новенький, он стоил наверняка дороже тачки-развалюхи. Фред провернул выгодное дело.
– Выгодное дело, – заверила Энид.
