— Нет настроения, — она принялась копаться в своей сумке, — может, как-нибудь, в другой раз…
— Нет, мы поговорим сейчас.
— Это вряд ли, — девушка достала из сумки шоколадный батончик, — жрать хочу, не могу. Сейчас сдохну от голода…
— Надо было закусывать.
— Ой, отстань. Мы это много раз обсуждали. Я делаю, что хочу, и гуляю, с кем хочу. Раньше ты не возражал, что я общаюсь с друзьями…
— Вот только твои друзья — это одни мужики.
— Ну, что поделаешь, если с телками у меня дружбы не получается…
— Какая же ты…
— Какая? — с вызовом спросила она, откусив кусочек шоколадки.
— Мне лучше уйти, — я поднялся с края кровати и направился к выходу, но Лаванда преградила мне дорогу, продолжая уплетать шоколадный батончик.
Ей явно не понравился мой спонтанный порыв удалиться. В глазах девушки запылало уязвленное самолюбие — «как это, от нее кто-то уходит? Как он посмел? Она же не прогоняла!»
Недолго думая, Лаванда ткнула концом надкусанной шоколадки в мою футболку и хорошенько надавила. Остолбеневший, я наблюдал, как на зеленой хлопковой ткани разрастается липкое, коричневое пятно.
— Что, не вкусно? — тихо спросила она, изобразив подобие ангельского выражения лица с широко распахнутыми глазами.
— Иди к черту, стерва! — выпалил я и чуть толкнул Лаванду рукой, чтобы протиснуться мимо нее в прихожую.
— Ты! Ты меня ударил! — мне в затылок прилетел шоколадный батончик. — Тряпка! Не мужик! Старый чемодан!
Не поворачиваясь к ней и сверля глазами входную дверь с глупым настенным календарем, я медленно провел рукой по шее, а после посмотрел на свою ладонь — подушечки пальцев были испачканы шоколадом. В тот момент внутри моих нервов что-то надломилось, и я готов поклясться, что действительно услышал какой-то треск. Круто развернувшись на месте, ваш покорный слуга быстро пошел прямо на девушку, от чего она испуганно вжалась в стену.
— Не смей так со мной обращаться, — железным тоном изрек я, тыча в грудь Лаванды указательным пальцем. — Я не заслужил подобного отношения. Да я на руках тебя носил…
В глазах девушки мелькнула явная удовлетворенность происходящим, и я понял, что снова
— Плохая девочка…, - пробурчала она, покачивая растрепанной головой.
— Ты что делаешь?
Не отпуская моей руки, она повела меня обратно в свои скромные покои. В сером полумраке комнаты Лаванда резко толкнула меня на кровать и прыгнула сверху. Садистски улыбаясь, она принялась наносить мне быстрые, хлесткие пощечины.
— Хотел бросить меня одну…, - миниатюрные ладони, мелькая кислотным маникюром, били меня по раскрасневшимся щекам. — Бросить бедную, беззащитную девушку…
Я вырвался из-под Лаванды и, рывком перевалившись, оказался сверху. Ее руки тут же были схвачены и прижаты к кровати. Я тяжело дышал и зло смотрел, как она безуспешно пытается вырваться, укусив меня за запястье.
— Молодец, — прошипела она со злой улыбкой, чуть успокоившись. — Скрутил хрупкую девушку. Наверное, сейчас страшно гордишься собой…
— Да что ты творишь?!
— Теперь еще и воспользуешься положением…, - прошептала она так многообещающе, как умеют только женщины.
Дело в том, что до этого у нас с Лавандой ничего не было, кроме долгих, страстных поцелуев. Я осознанно откладывал
