— Характер. Какой у нее был характер? Ты вчера сказал, что она была редкой сукой. Что ты имел в виду?
— Я такое говорил?
Джани замер, так и стоя на одной ноге. Непонятно, как ему при этом удавалось сохранять равновесие.
— Видимо, я неверно тебя понял. Что в твоем лексиконе означает слово «тварь»?
— Тварь, — задумался Джани. — Ну, это дикое неразумное создание, представляющее опасность для человека, либо человеческое существо, способное на подобное животное поведение, либо человек, пренебрегающий общепринятыми моральными нормами.
— Теперь ясно. И ты не назвал бы ее манипулятором?
Джани задумался вновь.
— Это не так просто сказать. У меня... пожалуй, возникало такое ощущение, да. Но когда речь заходит о манипуляции, все становится сложно. Выражалась ли она так, чтобы ее слова нравились Графине поскольку знала, что и как нужно говорить, — или она и правда так изъяснялась? Понравилась ли она Ференку потому, что знала, как понравиться? Боюсь, это просто-напросто недоказуемо...
Он продолжил процесс облачения в свои слегка старомодные одеяния. На этот раз на его свитере красовалась крупная божья коровка.
— Меня мало интересуют доказательства, — терпеливо пояснил Дэн. — Ну... в данном случае. Интересно твое мнение.
— Да, иногда мне так казалось. Но, Дэнни, честно говоря, иногда такое мнение у меня складывается о многих и многих людях.
— Ясно... — Дэн поморщился. — Вот теперь я все меньше понимаю, что происходит.
— А… Что происходит, мужик?
Одевшись, Джани с размаху запрыгнул в кресло. Оно жалобно скрипнуло.
— Я не верю в то, что Ана умерла просто так. Я не верю в то, что если Китти ее и убила, то без подсказки. Но при этом... Ференку не вредит смерть Аны и пока не приносит явной пользы. Только раскрытие самих отношений, насколько я могу видеть. Даже если предположить, что ее смерть — это удар по нему, то... я не вижу никакого смысла ее убивать.
Потянувшись к подносу, Кармайкл и сам приступил к завтраку.
— Если же убил он, я не вполне понимаю зачем. Что она могла ему сделать, чтобы он пошел на крайние меры? — Он не донес чашку с янтарным чаем до рта. — Угрожала ему оглаской? Довольно глупо и самонадеянно, но... хм... это не исключено.
«ФРЭН, можешь найти место учебы Китти?»
«Будапештский университет, медицинский факультет».
«Найди все, что сможешь, по ней. Контакты, друзья, родственники, родные».
Джани с интересом завертел головой, осматривая спальню.
— Зачем ей это делать? В смысле — угрожать? И знаешь... — Парень вдруг осекся.
— Понятия не имею. Просто перебираю варианты.
— Сейчас вот до меня дошло, почему я — возможно — назвал ее сукой.
— Почему?
— Она была самоуверенной. Она была охренительно самоуверенной всегда, когда Ференк не держал ее за ошейник. Это раздражало. Даже Графиня такой не была, а она... ну, Графиня.
— И в чем это выражалось? Можешь привести примеры?
— Примеров и не вспомню сейчас. Но она не допускала и мысли, что может быть в чем-то неправа. Вот, так как-то.
— Хм... — Дэн задумался. — Как раз именно поэтому я и не понимаю. Она знала себе цену и знала, что может. И, в целом, я не очень-то верю в ее серьезную привязанность к кому-либо, кроме как к себе. — Он помолчал. — Все это не клеится, совсем не клеится. И пока это указывает на Китти все больше, и больше, и больше, и...
«Так похоже на попытку подставить, что просто невероятно».
— Ну, я бы еще вчера тебе сказал, что она любила Ференка. Но сейчас я скажу так: она любила то, что Ференк с ней делал.
«Но тогда кто подставил кого, шеф?»
— А это такая вещь, которая очень зависит от партнера. Если ты хочешь, чтобы все было по-настоящему, то метаться от одного к другому — это не вариант. Так что насчет привязанности, может, ты и прав. Но можно оставаться самовлюбленной сукой и королевой льдов, даже пока ты ползаешь на четвереньках, виляя хвостиком, и млеешь от этого. То есть, смотри... Ференк как человек, и Ференк как Мастер — это два разных Ференка. И второй — в общем, порождение ее фантазий.
— Я понимаю это. Но, судя по всему, что я узнал, она даже не особенно общалась с кем-то еще. И вот это... это странно. Хотя... может быть, Ана нашла все, чего хотела.
Кармайкл отпил чай и с наслаждением принялся смаковать очередной бутерброд.
— Я просто не вижу никакой логики в ее смерти. Семнадцать ударов ножом, Джани. Таких чудовищных случайностей не происходит. Знаешь, какое мнение по этому поводу я слышал? Это выглядит настолько по-любительски, что кажется профессиональным убийством. Потому что, с одной стороны, все признаки дилетанта налицо, а с другой — никаких явных следов.
«Да, и почему Цсолт был в женской одежде? Слушай, ФРЭН, я же не заходил в домик...»
— Пф-ф... Дай мне пару секунд, надо собраться с мыслями.
И Дэн нырнул снова.
***
Снег.
Чертов снег.
Опять.
— Ух... Фрэн, держимся, крепимся и идем к домику. Это уже начинает надоедать.
— Вообфе офевидно, фто он хофет ф вами бливфти, феф.
И они пошли.
— Ну феф…
— Не очевидно! Просто я ему нравлюсь, вот и все.
— Вы говорифе «нвавиффя», я гово... тьфу.
Как всегда, возле домика метель стихла, и Фрэн смогла размотать мешавший ей шарф.
