Дэниэл: Ана была убита по дороге домой, предположительно из «Тинкербель». Ей нанесли семнадцать ударов ножом и оставили тело валяться в парке до утра. Никаких камер вокруг, ничего. Похоже, Ференк видел ее последним. Судя по имеющимся у меня данным, он покинул «Тинкербель» в 00:17, после чего, по его словам, поехал домой. Эту версию я буду проверять, поскольку он даже дал согласие на разговор с его женой. Конечно, при условии, что я не стану упоминать Ану. (Задумчиво проводит кончиками пальцев по ворсинкам ковра.) Майя также сказала, что вас с Китти не было в «Тинкербель». Когда вы легли спать той ночью?
Марица: М-м-м... достаточно рано. В десять или около того.
Дэниэл (вздыхает): Что ж, теперь плохие новости. Вполне вероятно, что непосредственной убийцей Аны была Китти. Время убийства подходит. Китти знала маршрут — найти адрес можно без особых проблем. Также совпадают примерный рост, вес и физические данные. Ну и, самое главное, я кое-что видел в ее голове. Конечно, все это косвенные улики, но тем не менее…
Марица замирает.
Дэниэл: Однако есть и хорошая новость. Я не думаю, что Китти сама решилась на убийство Аны. Целый год Китти ничего не предпринимала, что же изменилось?
Марица (убирает руки и отстраняется): Вы не едите печенье. Оно вкусное.
Дэниэл (крутит печенье в руке, крошки падают на ковер): Я не верю в то, что Ана умерла просто так, случайно. Я понимаю, что Китти вам небезразлична. Но именно поэтому я рассчитываю на вашу помощь. (Хрустит печеньем.)
Марица (вздрагивает): Думаю, я знаю, что и кого вы видели у нее в голове. Просто предпочитала не замечать этого. Она должна была ненавидеть Ану... конечно. А я просто думала, что все пройдет, если... Если я буду лучше...
Дэниэл: Вы не вполне правы. Вопрос не только в том, кто кого лучше. Вопрос в том, что Ана причинила ей боль. И эта боль еще там. Много, невероятно много боли. Она не прошла, даже когда умерла Ана. Это стало серьезной травмой для Китти. И это не пройдет просто так. Я предлагал ей свои услуги, но, по-моему, Китти не очень заинтересовалась. (Молчит.) Вы думаете, что это любовь или нечто подобное. Я считаю, что это скорее болезнь, чем любовь. Болезненная привязанность, которая не отпускает лишь потому, что не было возможности разрешить ситуацию без травмы. (С хрустом ест печенье.) Вы там тоже есть. И поверьте, вы очень важный человек в ее жизни.
Марица (уже совладав с эмоциями): Я могла бы ответить вам, что любовь и есть болезнь, просто чтобы показаться мудрой с помощью этого заезженного трюизма. Но вы, очевидно, знаете об этом больше. (Вежливо улыбается.)
Дэниэл: Я видел любовь, Марица. (Тише, словно смутившись из-за такого глупого пафоса.) И то, что у нее внутри, — это не любовь. Это комок боли. (Волнуясь, достает упаковку картошки, чавкая и хрустя принимается есть.)
Марица (вздрагивает): Не делайте так, пожалуйста.
Дэниэл: Вы — ее Хозяйка. Китти принадлежит вам. И она не видит смысла существования без этого. Вне зависимости от того, какие воспоминания о Ференке хранятся в ее бессознательном. (Хрустит картошкой.) Ее рвет на части между тем, что было, и тем, что есть. Она даже не может понять, что из этого копия, а что настоящее. (Хрустит картошкой.) Я не питаю симпатии к ней, как и к Ференку, как и к Ане. Но мои симпатии — это мои симпатии. А выбор делать вам. (Хрустит картошкой.) Или ей, конечно. Но каждому известно, что скажет наркоман во время ломки.
ЗАНАВЕС
ИНТЕРМЕЦЦО
Лестничная площадка перед квартирой Марицы Джулиски. Эрл Райли стоит у двери, расслабленно прислонившись к стенке. Из-за сцены доносятся шепот СИнД и Голос рассказчика.
СИнД: Прекрати …
СИнД: Жрать…
СИнД: Чертову…
СИнД: Картошку!!!
Райли встревожено поводит головой, медленно обнажает оружие.
Голос рассказчика: Кондоминиум оборудован всеми мыслимыми защитными системами. Знание об этом — о том, что они сами позаботились о себе, — позволяло жителям всех десятков этажей башни спокойно спать по ночам в мире, где короли позволяли баронам решать проблемы, не заботясь о сохранности жизни своих подданных.
СИнД: Хрусть!
СИнД: Ты обратила внимание на то, что ты попросила его?
СИнД: Вежливо?
СИнД: Как тебя всегда учили?
СИнД: И что?
СИнД: Он тебя услышал?
СИнД: Но зато сейчас ты слышишь МЕНЯ, Графиня.
СИнД: Так слушай...
Голос рассказчика: Подобные крепостные стены всегда внушают чувство безопасности и уверенности в завтрашнем дне. Но оно быстро испаряется, когда ты видишь чернокожего мужчину, который стоит на лестничной площадке, целясь в дверь из тяжелого болтера.
Из лифта выходит Случайный прохожий.
Райли (целится в дверь): Голова будет болеть в любом случае. Ненавижу такие моменты.
Голос рассказчика: Тот ничего не ответил. Лишь отвел взгляд и направился к своей двери.
Случайный прохожий выполняет указания голоса рассказчика.
Голос рассказчика: В конце концов, каждый решает свои проблемы сам. Это не его дверь.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Квартира Марицы Джулиски.
