Рокот приближающихся колесниц становился громче, заставляя Минтаку поторопиться. Глядя на нее, Нефер одновременно беспокоился за нее и сердился на ее непокорство, но все перебарывало восхищение ее отвагой.
– У нее сердце воительницы и царицы, – прошептал он, глядя, как возлюбленная приближается к противоположному берегу.
Теперь они различали уже голоса преследователей, скрип колес и звон оружия, усиливающиеся в отражении от склонов дюн.
Таита засунул посох за пояс, чтобы освободить руки, затем они с Беем пошли навстречу Минтаке. Взяв у нее по бортику, они опустились на предательскую поверхность трясины и втроем поплыли к восточному берегу.
Из-за дюн у них за спиной показалась голова колонны преследователей. На передовой колеснице виднелась хорошо узнаваемая фигура Трока. Он торжествующе заревел, и крик его заметался между холмами:
– Вперед! В атаку!
Головные колесницы перешли на галоп, устремившись к краю зыбучих песков. Трое беглецов изо все сил гребли через желтое месиво. Сзади все громче раздавались вопли колесничих.
Под тушей Трока колеса его повозки вязли в песке глубже, чем у других, и, хотя лошади, подгоняемые ударами хлыста, тянули изо всех сил, прочие упряжки стали их обгонять.
Три колесницы первой шеренги вылетели прямо на зыбучие пески и потонули так же стремительно, как прежде повозки беглецов. Трок, таким образом, узнал об опасности и вовремя развернулся, избегнув гиблого места.
Выхватив из стойки короткий изогнутый лук, фараон спрыгнул на землю. Другие колесницы тоже остановились.
– Луки! – вскричал Трок. – Стреляем залпами! Не дадим им улизнуть! Подстрелим их!
Лучники выбежали вперед и построились в четыре шеренги на краю трясины, держа наготове луки и с полными колчанами за спиной.
Минтака снова опередила своих спутников. Она уже преодолела половину пути, а Таита и Бей, хотя и старались как могли, значительно отстали.
Трок прошелся вдоль шеренг, отдавая приказы:
– Наложить стрелы!
Полторы сотни стрелков приладили стрелу к тетиве.
– Натягивай и целься!
Лучники вскинули оружие и отвели тетиву до губ, целясь в низкое желтое небо.
– Спускай! – взревел Трок, и последовал залп.
Стрелы взметнулись черным облаком. Достигнув высшей точки своего полета, начали падать на три распростертые посреди трясины фигуры.
Таита услышал их приближение и посмотрел на небо. Смертоносное облако неслось на них с негромким гудением, какой издают в полете крылья диких гусей.
– В грязь! – рявкнул он.
Все трое соскользнули с досок и нырнули в густую жижу, так что торчать остались только головы.
Стрелы густо падали вокруг них, одна глубоко вонзилась в бортик, на котором за несколько секунд до этого лежала Минтака.
– Вперед! – скомандовал маг.
Беглецы снова взгромоздились на доски и погребли вперед. Но они продвинулись лишь на пару шагов, когда воздух снова наполнился пением стрел, и им опять пришлось прибегнуть к защите желтой грязи.
Еще трижды пришлось им нырять с бортов, но с каждым последующим разом расстояние увеличивалось и залпы становились менее точными. Минтака передвигалась еще быстрее прежнего и вскоре оказалась за пределами досягаемости стрел.
Трок ревел от ярости и злобы, заставляя лучников стрелять снова и снова. Стрелы сыпались в грязь, но все менее прицельно.
Таита повернул голову и посмотрел на Бея. Усыпанная рубцами большая голова нубийца блестела от грязи и пота. Налитые кровью глаза грозили вылезти из орбит, рот был широко открыт, острые зубы напоминали акульи.
– Держись, Бей! – окликнул его Таита. – Мы уже почти перебрались.
И едва произнеся эти слова, понял, что это был прямой вызов богам.
Трок видел, что добыча ускользает от него. Его воины пользовались короткими и не слишком мощными луками, предназначенными для стрельбы с колесниц на ходу. Две сотни локтей были для них предельной дальностью прицельного выстрела. Трок обернулся и нашел глазами своего копьеносца, оставленного смотреть за упряжкой.
– Принеси мой боевой лук! – крикнул он.
Трок единственный во всем отряде имел при себе длинный лук – он решил, что дополнительная мощность и дальность этого оружия возмещают неудобство при перевозке.
К тому же жуткая силища и длинные руки Трока давали ему преимущество над обычными людьми, и в большинстве случаев короткого лука ему хватало. Тем не менее по его распоряжению у него на колеснице была сделана специальная ниша, способная вместить могучее, но такое неуклюжее оружие.
Копьеносец подбежал и передал фараону длинный лук, не забыв захватить колчан с особыми стрелами, украшенный эмблемой в виде головы леопарда.
Трок прошагал в первые ряды стрелков, почтительно расступившихся перед ним. Наложил длинную стрелу и, прищурив глаза, прикинул расстояние.
