– Да я и так уже сосредоточен по самое «не хочу», – огрызался я – просто тяжело, знаешь ли, посреди зимы, стоя по колено в сугробе, ночью, в лесу, не просто отбивать весь хлам, который ты в меня кидаешь, а еще и сжигать его в полете.
– А ты думаешь, что в бою тебе предоставят идеальные условия? – насмешливо поинтересовался он.
– Нет, конечно, но вот все вместе – это уже свинство. Я скорее отбегу туда, где можно будет принять бой с меньшим дискомфортом.
Вместо ответа он швырнул в меня очередную порцию шишек, которые я должен был сжечь, не прибегая к щиту.
Вот никогда бы не подумал, что они могут так больно и так метко попадать. Впрочем, то, насколько они больно попадали, по мнению Джона, должно было меня стимулировать к обучению, поэтому он отправлял их в полет со скоростью бейсбольного мяча.
Получив четыре очередных синяка, я с тоской подумал о своем плаще, который висел в доме. По мнению Стража, тренироваться надо было без него.
Нет, ну ладно бы еще по одной швырял, но несколько сразу…
– Джон, давай прервемся. Ну, правда, ни зги не видно уже.
Вместо ответа он вновь подтянул к себе шишки, и я разозлился. В этот раз я сумел поджечь одну из них направленным лучом, но только для того, чтобы получить три остальные в корпус, а горящую – в лоб.
– Да твою ж…
Он поднял руку, обозначая завершение мучений.
– Ладно. Вижу, что для таких вещей пока рановато. Пойдем, что ли? С утра можно будет еще попробовать, когда посветлее станет.
Мысленно матеря его, на чем свет стоит, я принялся вылезать из сугроба.
Когда мы подошли к дому, я прислушался.
– Проклятье… Телефон…
Честно говоря, это была идея Светы, и, надо сказать, не очень удачная. Телефоны, даже те, которые производители позиционировали как самые защищенные от всех неприятностей, очень плохо дружили с чародеями, и выходили из строя с пугающей быстротой. Исключением был, разве что, сотовый телефон все того же Диппеля, но, поскольку он сейчас был на другом краю света по вопросам бизнеса, я не мог прибегнуть к его помощи. Как результат – приходилось ограничиваться самыми дешевыми моделями, которые можно было легко заменить, и в лучшем случае они выдерживали два-три разговора.
Рванув в дом, я сумел открыть дверь с первой попытки, и промчался в одну из дальних комнат.
– Алло!
– Вит, где тебя черти носят, я уже час пытаюсь дозвониться. Тебя очень просит приехать Сергей.
– Прямо сейчас?
– Он сказал, что это срочно. Всеволода Вишневского тринадцать, будет ждать во дворе. Потом – не возражаю, если меня навестишь. Родители на неделю уехали в Египет.
Я усмехнулся.
– Уже лечу.
Я отключил телефон раньше, чем он успел заискрить, и это было удачей. Глядишь, еще разок воспользоваться получится.
– Проблемы? – поинтересовался за моей спиной Фаулер
– Пока не знаю, но Низимов зовет на что-то посмотреть. Подкинешь до города?
Он покачал головой.
– Пора бы тебе перестать бояться Небывальщины. Мы за то время пока ты занимаешься – сюда уже постоянную тропу протоптали, и всякая мелочь сама ушла.
– Да? Как тот медвесов? Или его назвать соведем?
– Медвесов – звучит лучше – ухмыльнулся он.
Буквально пару недель назад, когда мы шли из города через Небывальщину, нам пришлось столкнуться с какой-то безумной тварью, которая выглядела так, будто тетушка сова согрешила с дедушкой медведем. Тварь была настолько мощной, что в одиночку я бы с ней не справился, но, по счастью, со мной был Фаулер.
– Как ни назови, а вопрос остается открытым. Да и машину надо как-то перегнать в город, а то если я там без колес буду…
– Голиафу скажи, он перенесет. Только предупреди, чтобы поосторожнее, а то в ремонт сдавать придется.
Хм, а это была хорошая мысль. Пара тонн летающего и разумного камня была вполне в состоянии не только поднять себя, но и мой старенький Фольксваген Жук. Кроме того, ночи в декабре были достаточно длинные, чтобы от него была реальная польза. При солнечном свете горгул засыпал, и добудиться его было невозможно, о чем я всегда крайне жалел во время «белых ночей».
– А он уже вернулся с карьера?
– Видел его, когда входил.
Быстро раздав указания по дому Ачифу и объяснив задачу Голиафу, я переоделся в сухое, натянул сапоги, плащ, шляпу и браслет, сунул в специально сделанную петлю жезл, взял посох, и…
– Так. Ачиф, куда ты дел мою сумку?
– Убрал – раздался голос из-за печки.
– Куда именно?
– На место. И если ты не можешь запомнить, где у нее место, то в следующий раз – в колодец выброшу.
– Полетишь следом… – Предупредил я – Нет… Даже не так… За воротами окажешься. И пускать назад откажусь, пока нормально себя вести не начнешь.
– Не-не-не…. – Раздался в ответ испуганный голос – Мне нельзя за ворота. Там я сразу захирею и умру.
– Ну, положим, не сразу, а через пару недель. Так что время подумать о своем поведении у тебя будет. Короче, я в город, по делам, так что будь уж добр, верни мою сумку. Постараюсь не забыть известить соседей, чтобы тебе еды приносили.
За печкой раздалось негромкое шебуршание, после чего оттуда выкатился меховой шарик.
– В прошлый раз ты тоже обещал, и в результате месяц пришлось на голодном пайке жить.