Не договорив, Тимка осекся: он заметил, что и на нем уже не джинсы и куртка, а черные шаровары, рубашка и жилет, — одежда, которую Веспасиан в прошлый раз выбрал для него в магинбургском магазине «Все для чародеев».
Тимофей вскочил с лавки и машинально пошарил по карманам. Там преспокойненько лежали себе пузырьки с увеличительным эликсиром и открывательным и закрывательным порошками, которыми он запасся перед побегом из Маги ибурга. И допотопные карманные часы на массивной цепочке, подарок Веспасиана, тоже пыли на месте. Выходит, все это его здесь дожидалось?
Пошли, пошли, — торопил ребят кот. — Нам еще до Сила Троевича топать и топать. Успеть бы добраться к рассвету.
Кассандра, зевнув, наконец, поднялась.
Они с Тимкой хотели уже выйти из хижины, по Веспасиан остановил их: А ну, наденьте плащи. Сейчас не лето.
Возле двери, на крюке, висели два черных плаща из толстого теплого сукна. Ребята оделись. Несмотря на допотопный вид, плащи оказались совершенно невесомыми.
Вот теперь в путь, — скомандовал кот и задул свечу.
Они вышли на улицу. Дверь хижины сама затворилась за ними. Лязгнул замок. Ребята поежились от промозглого морозного ветра. Звезды куда-то исчезли, луна — тоже. Путников окутывала полная тьма, словно они оказались в комнате без окон. Разглядеть что-либо не было никакой возможности. Тимка и Кассандра почувствовали себя так, будто внезапно ослепли. Им сделалось не по себе. В этой темной равнине было что-то пугающее.
Веспасиан, может, подождем до утра? — робко предложил Тимка.
Нельзя, — решительно сказал кот. — Я уже говорил: ночью у нас больше шансов пройти незамеченными. Нам сейчас предстоит самая трудная часть пути.
Они побрели по голой, продуваемой всеми ветрами равнине. Снега на ней было на удивление мало. Он в основном носился в воздухе, и поземка била путникам в лица. Казалось, на всем белом свете сейчас существуют лишь они трое, такая вокруг царила тьма и пустота.
Они двигались в полном молчании. При всем желании говорить было невозможно. Ветер, сорвав слова с губ, уносил их неизвестно куда. Кот вышагивал впереди, и ребята его едва видели.
Серая полосатая шерсть Веспасиана сливалась с окружающей темнотой. Потерять его было страшно: он единственный из них знал, куда надо идти. А равнина все не кончалась и не кончалась.
Веспасиан резко остановился. Тимка от неожиданности едва не наступил на него. Кот развернулся и, взвившись в воздух, уселся на плечо мальчика.
Вы с Кассандрой оставайтесь здесь, — распорядился он, — а я пойду на разведку.
Зачем? — уставился на него Тимофей.
Не нравится мне кое-что, — туманно пробормотал кот.
Кассандра стояла рядом и слышала весь разговор.
Веспасиан, может, лучше всем вместе разведать? — предложила она.
— Исключено, — безапелляционно заявил кот.
Слишком рискованно. Одному мне легче. Я маленький, везде незаметно пролезу.
Да куда здесь пролезать? — Тимка пожал плечами.
Кот, потеряв равновесие, вцепился когтями ему в спину. Тимофей взвыл от боли.
Извини, — виновато произнес Веспасиан. — !)то я инстинктивно.
Вы мне так и не ответили, куда здесь пролечить? — повторил вопрос мальчик. — Кругом ведь сплошная равнина.
А вот и нет, — возразил Веспасиан. — Тут совсем рядом деревня. В общем, стойте, где стоите, и до моего возвращения — никуда.
А если кто-нибудь появится? — спросила Кассандра.
Вряд ли, — откликнулся кот, — но если полнится, скажете, что заблудились, а попасть вам надо в деревню Экибоки.
Кассандра прыснула: Какое смешное название!
Не вижу ничего смешного! — Похоже, Веспасиан даже обиделся. По-видимому, на кошачьем языке название деревни звучало вполне нормально.
А кто там живет? — спросил Тимка.
Потом расскажу, — спрыгнул с его плеча Веспасиан. — А сейчас время дорого. Постараюсь не задерживаться.
И он исчез. Ребята остались совершенно одни н темном чистом поле.
Ребята ждали и ждали. Веспасиана все не было. Ветер усилился, и ледяная крошка, носившаяся в воздухе, пуще прежнего колола их лица.
Я больше так не могу. — Кассандра запрыгала на месте. — Ноги совершенно закоченели.
Даже пальцев уже не чувствую. У меня для таких походов обувь совсем не подходящая.
У м-м-меня т-т-тоже, — выбивал дробь зубами Тимка.
Обувь им выдали прежнюю, из тонкой кожи и на кожаной подметке. У Тимки были сапоги, а у Кассандры — остроносые ведьминские ботинки.
Хоть бы где-нибудь посидеть, — жалобно проговорила девочка.
Негде, — развел руками Тимка. — Разве только па земле. Но тогда мы с тобой уж точно никогда больше не встанем.
А может, все так и было задумано? — У Кассандры вдруг округлились от ужаса глаза.
Что задумано? Кем задумано? — не понял Тимофей.
Веспасианом.
Что ты мелешь! — возмутился Тимка.
Ну, не Веспасианом, а тем, кто себя за него имдает, — пояснила девочка.
Слушай, ты можешь ясней выражаться? — рассердился Тимофей.
Я просто подумала, вдруг Веспасиан на самом деле совсем не Веспасиан, а оборотень! — В голосе девочки звучал страх.
Оборотень? — переспросил Тимка, по спине у него забегали мурашки.
