Он запнулся, смешавшись, затем уловил игру слов и обречённо засопел. Франческа громко расхохоталась, опять погрузившись в воспоминания.
– Им-то хорошо, но бедненькая Эллен вообразила, что нашла, наконец, стоящего мужчину… Однако как ты сконфужен. Хочешь сказать, что не одобряешь?
– Нет, почему? Только… Я никогда не утверждал… Гипотетически, если рыцарь и друид, принадлежащие к весьма чопорным южным народам, оказываются, как бы это сказать… – он неопределённо помахал рукой, что ни в коем случае не должно было означать слово «гомосексуалисты», хотя ему следовало бы набраться храбрости и произнести это вслух. – Понимаешь, они могут не желать, чтобы окружающие об этом знали.
– Это похоже на правду, особенно если бы мы находились на юге, – она пожала плечами. – Но мы-то на Иксосе.
– Фран, я тебе ничего не говорил, – Никодимус выглядел опустошённым.
– Само собой, любимый, – она пригасила улыбку. – Прости, что сунула свой длинный нос в чужие дела. Ты просто пытаешься быть им верным другом. А я с возрастом всё больше похожу на старую сплетницу. Надо с этим завязывать. Будем считать, что я ничегошеньки не знаю, – она не удержалась и вновь прыснула. – Что же, нам лучше поспешить. Мне надо добраться до Малой Священной заводи прежде Леа или её подчинённых, – она поцеловала пальцы Никодимуса, в этот момент её посетила новая мысль. – Может, пошлём кого-нибудь проследить за Леа до того, как она отправится к заводи?
– Осталось всего несколько часов. Полагаю, она сумеет продержаться и не ни во что вляпаться.
Кровь забрызгала простыни, попав и на ногу Леандре. Дрюн ещё раз двинула Таддеусу в челюсть, и на простынях появились новые красные брызги.
– Хватит, Дрюн, – приказала Леандра. – Посади его.
Богиня, приподняв Таддеуса, пинком скинула его ноги с кровати. Неуловимым движением разомкнула рычаг плеча и заломила ему руки за спину. Он согнулся, заорав от боли. Дрюн вопросительно взглянула на Леандру, та покачала головой. Богиня неохотно ослабила хватку, чародей прекратил вопить, его лицо обмякло.
Леандра подтащила к кровати стул. Во время драки она забыла о собственных немощи и боли. Теперь они вернулись.
Из коридора донёсся чмокающий звук разрываемой плоти. Леандра посмотрела туда и увидела сплошной красный туман.
– Создатель тебя побери, Кай, – выругалась она, её передёрнуло.
Нужно же было обыскать трупы. Снова послышалось чавканье, судя по всему, острые зубы жадно рвали мясо. Ну разумеется, он не устоял. По полу потекли отвратительные кровяные ручейки. Леандра поёжилась и повернулась к Таддеусу. Тот сумел, наконец, перевести дыхание и сплюнуть. Удивительно, но выбитых зубов было не видно. Пока не видно.
– Давай, Тад, колись, – сказала она ему.
Дрюн слегка усилила хватку.
– Хорошо, хорошо! – завопил он. – Я скажу, всё скажу.
Дрюн ослабила «замок», Таддеус несколько мгновений судорожно хватал ртом воздух, потом затараторил:
– Они явились через несколько часов после тебя. Я не слышал, как они вошли, э-э-э… работал над нашим заклинанием. Вдруг – вспышка, а в следующий миг я уже валяюсь связанный и под цензурой. Такой бледный мужик, чернобородый и голубоглазый. Он заставил меня всё ему рассказать, – по щекам Тада текли слёзы, из носа – кровь. – Потом наложил мне на сердце смертный наговор и заявил, что когда ты вернёшься, я должен нейтрализовать тебя оглушающими чарами, а он и его люди позаботятся о твоих спутниках.
– Он объяснил, зачем ему это всё?
Таддеус замотал головой и вновь сплюнул.
– Он был волшебником?
– Угу. Писал на магнусе и нуминусе.
– Имперец из Астофелла?
– Может быть. А может, и из Звездопада.
– Акцент?
– Да никакого, пожалуй.
– Одежда?
– Простая рубаха и длинный жилет. Похож на купца из облачников.
Леандра пожевала губами. Час назад с помощью богозаклинания она отчётливо уловила замешательство и удивление. Теперь с этим было покончено. Затем она ощутила эмоциональный подъём. Значит, было ещё что-то, что ей предстояло выяснить.
– А дальше?
– Ничего. Тот мужик сказал, что они будут за мной приглядывать, а я должен работать над твоим заклинанием так, словно от него зависит моя жизнь. Потом двинул меня в живот и ушёл.
– Так вот что тебе требуется, чтобы добросовестно работать.
– Ограниченный срок и печальные последствия?
– Нет, удар в живот.
– Леа, поверь мне, я не собирался оглушать тебя заклинанием.
– Брось, Тад.
– Но я бы никогда…
– Я видела, как ты запустил поисковые чары, чтобы найти другое заклинание. Ты меня продал.
– Нет-нет!
– У тебя был простой выбор: предать меня или умереть. На твоём месте я поступила бы так же, поэтому не сержусь.
– Не сердишься?
– Нисколько. Понятия не имею, как они на нас вышли и кто они вообще такие. Мне следовало предвидеть такой поворот событий или хотя бы предостеречь тебя.
Она посмотрела в упор на своего бывшего любовника. Под его левым глазом наливался синяк. От этого Тад выглядел ещё более хрупким и смертным. Главное – держать зрительный контакт.
– Прости, – пробормотал Таддеус и опустил взгляд.
– Тад, не отводи глаз.
Он быстро зыркнул на неё и снова понурился.
