-Твоя жена - я, а там наверху сейчас спит наша дочь Шурочка. От всего, что пришлось ей пережить, она почти не может говорить. Она ждала твоего возвращения, мечтая, что наконец вернётся её добрый, замечательный папа. Вместо этого она дождалась холодного, упёртого постороннего дядьку.
-Я сочувствую вам и Шурочке, но ничем не могу помочь. У вас свои обязанности, у меня свои, - он поднялся, чтобы уйти.
Оглушённая его холодным тоном, опустошённая невозможностью доказать очевидное, Кира обхватила голову руками. Что теперь делать? Как быть?
-Подождите, - ей пришла в голову мысль, - подождите. Только не думайте, что я смирилась, я всё равно найду способ доказать вам, что вы - Штефан Пален. Вы говорили, что из жалости к матери и отцу Штефана не спорите с ними. Но, несмотря на это, желаете вернуться в Ленинград. Так?
Он кивнул, выжидательно глядя на неё.
-Хорошо, я попытаюсь вам помочь, - натужно сказала она, - мы попробуем вернуть вас назад. Но взамен прошу вас поддержать меня. По документам мы с вами обвенчаны осенью прошлого года. Эльза Станиславовна категорически против этого брака, вчера мы говорили об этом. Она запретила мне видеть вас и даже подходить к вам близко.
-И чего же вы хотите? - он вопросительно вскинул бровь, - чтобы я относился к вам как к жене?
-Да. Именно этого я хочу. Я прошу вас сохранять видимость добрых отношений. Мне необходимо поселиться в этом доме, потому что здесь живёт Шурочка.
-И вы готовы впутать в этот обман ребёнка? - протянул он. - Далеко же вы зашли...
-Тут я с вами соглашусь: отступать мне некуда. Так вы согласны?
-И я вернусь к жене?
-Да, - скрипнула зубами Кира, - вернётесь к жене.
-Хорошо. И помните о вашем обещании, - он неслышно вышел из гостиной, а Кира рухнула на диван, уткнулась лицом в подушку. Она зажмурилась, её плечи дрожали, воздух вышел из лёгких и никак не получалось вздохнуть. Так она пролежала несколько секунд, хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Потом всё-таки получилось вздохнуть. Вот как всё обернулось! Яков Моисеевич - любящий папочка - вот что вы наделали, старый вы мерзавец! Он закодировал его мозг. Или как там это называется? То-то он смеялся ей в лицо, открыто издевался, говоря, что никогда она не вернёт Штефана. Кира побрела наверх. Сейчас ей казалось, что жизнь медленно вытекает из неё.
-Ты где была? - поднял голову с подушки Серёжа, - чего так долго?
-Штефан вернулся, - глухо отозвалась она, проходя мимо.
-Да что ты! И как он? - он посмотрел ей вслед и догадался, что случилось нечто плохое, иначе она не прошла бы мимо траурной тенью.
-Никак. У него по-прежнему синие глаза, и он требует, чтобы я помогла ему вернуться к жене, - её тон говорил, что Кира на грани срыва.
Серёжа вылез из постели, прошлёпал к кровати, где рядом с Шурочкой скорчилась Кира, набросил на неё одеяло.
-Значит, Иво Рюйтель? - догадался он. - Слышал я о таких вещах. У нас в Германии военные медики эксперименты проводили, они программировали человека и тот выполнял свою программу. Отменить её можно было только по кодовому слову. Ты вот что, постарайся сейчас поспать, ну хоть чуть-чуть. Мы найдём это слово, слышишь, найдём.
Кира молчала, он погладил её по голове, как маленькую девочку:
-Спи. Через час разбужу и отвезу в Большое имение, а потом устроим тебе торжественное возвращение. Шурку я предупрежу.
Серёжа отвёз её в имение и сдал на руки Софье Григорьевне к восьми утра. У той лицо вытянулось при виде запавших Кириных глаз и тёмных кругов вокруг них. Но она ничего не сказала, перебросилась с Серёжей парой слов и пошла собираться. Она решила, что ни за что не оставит девочку в такой трудный для неё момент и в дом Паленов одну не отпустит. А Кире стало казаться, что эта ночь никогда не кончится. За окном по-прежнему было темно и морозно, и надо было помочь Софье Григорьевне собрать и уложить вещи, но на Киру нашла чудовищная апатия. Она свернулась клубочком под пледом и мрачно уставилась в одну точку сухими глазами, слушая тихую возню Софьи Григорьевны.
В дверь постучали. Софья Григорьевна удивилась: кто бы это мог быть в такую рань? Она открыла дверь.
-Это вы, Вацлав Борисович? Не кажется ли вам, что сейчас несколько рановато для визита? - не слишком любезно поинтересовалась она.
-Прошу прощения, но мне надо видеть Киру... Киру Сергеевну, и добавил: - срочно.
-Она устала, сейчас спит, - стала выпихивать его за дверь Соня, но с высоченным Вацлавом ей было не справиться.
-Сонечка, пусть войдёт, - подала голос Кира, - я не сплю.
Вацлав ввалился в комнату, чем-то сильно встревоженный. Увидел Киру, замер, потом сел на стул, не снимая пальто.
-Ну и вид у тебя, - вырвалось у него, - ты что - всю ночь шампанское пила?
-Говори, зачем пришёл, - отрывисто бросила она.
-Кирка, тут дело такое. В общем, я пришёл тебе сказать, что Григорий Александрович что-то нехорошее задумал. Он сейчас на винокурню пошёл, потому я забежал к тебе.
-Ты толком можешь сказать? Что нехорошее? - подняла голову Кира. - О чём ты?
Вацлав помялся:
