- Люблю. Я очень люблю тебя, Решад. Ты даже не представляешь, как давно, даже страшно!
- Я тоже.
(22 августа, среда, +20)
- Доброе утро, любимая. Встаем? - только забрезжил рассвет за окном, притянул к себе сонную девушку, зарылся носом в спутанные кудри. Вчера еще долго разговаривали, и после, когда Ира засопела сладко, смотрел на нее, все больше убеждаясь в правильности нелегкого решения. Плевать, сколько будут молоть языками, если она хочет жить в своем доме, он будет рядом, жить там, где она, служить своей принцессе…
Переломила стальной хребет легкой пушинкой, и нет ни обиды, ни унижения, да и не должно быть в любви такой боли.
И впервые приснился отец, таким, если б не пил, и дожил до сегодняшних дней. Будто встали зеркалом оба, вглядываясь друг в друга, как в отражение, вдруг обнялись, и только успел прошептать: «Папа, прости…» как руки ощутили пустоту.
Одобрил, простил.
Ушел…
- Куда в такую рань? Немного еще поспим, - пробормотала соня, поворачиваясь. - Может, не поедем, а?
- Все, передумала? - нахмурился Решад.
- Просто спать охота, сил нет.
- Ничего не знаю, быстренько в душ, завтракать и вперед, потрясать местное общество, - потянул любимую за руку за собой с кровати. - Вставай, мавка моя лесная. Приедем обратно, поспим.
- Всю жизнь командовать будешь?
- Местами.
- Мам, доброе утро. Тебе в райцентре надо что-нибудь купить? Мы едем заявление подавать, - между делом объявил Решад, крепко держа за руку свою невесту. Не сговариваясь, зашли к матери, сказать главную новость.
- Ты не шутишь, улым? Ирочка, он не шутит? - охнула Наиля. Разогнулась от грядки, внимательно посмотрела на пару, стоящую перед ней. - Дети, вы серьезно?
- Вот и я ему говорю, Наиля-апа, куда торопиться, нет, поднял в такую рань, не разбудил, тащит в ЗАГС, кофе допить не дал, - хитро улыбаясь, Ирина с нежностью потерлась щекой о плечо любимого. - Все по-взрослому, Наиля-апа, вот, - и показала правую руку с колечком на безымянном пальце.
- Вы пока болтаете, я паспорт возьму, машину выгоню, - новоявленный жених пошел к дому, решив дать женщинам несколько минут.
- Ирочка, кызымочка, а переехать обещал, или опять за трусами бегать домой будет по утрам?
- Обещал, что после, как вернемся, соберет вещи. Я шкафы давно освободила.
- Ох, дети, только б без ругани жили…
- Пока ни разу не поссорились, с восьмого числа, - и Ира густо покраснела, вспомнив ту ночь.
- Да, для вас - большой срок, - рассмеялась будущая свекровь. Вдруг посмурнела, погладив осторожно девушку выше локтя материнским крылом. - Ирочка, может, ты беременна, поэтому спешите?
- Нет, Наиля-апа, Решад добровольно сдается, без угрозы ребенком. Сам, и с песней, просто нужно было знать, какие места ему горчицей намазать.
- С тобой не соскучишься! Пойдем, уже сигналит, нетерпеливый.
Когда машина стартанула в сторону трассы, Наиля еще долго стояла у калитки, глядя вслед, молясь тихонько за детей, не заметила, как к ней подошла от дома напротив ее приятельница, мать Алексея.
- Это куда твои молодые в такую рань умчались, нарядные такие? Все смотрю, у Иры платья красивые, все хочу спросить, где покупает.
- Ох, Оленька, собрались заявление подавать, представляешь?
- Молодец, Решад, правильно делает, - качнула соседка в ответ головой, не удивившись совершенно. - Ирка - девочка хорошая, тоже повезло парню.
- Твои когда?
- Решили к декабрю, сама знаешь, у Наты хоть какой-то срок должен пройти, хотя, я б не стала ждать в ее случае, - Ольга доверительно склонилась к подруге. Речь ее плавно текла, как и у сына, ручейком, только успевай кивать в нужных местах. - Знаешь, мне полегче стало. Натуся по огороду бегает быстрей меня, только слышно: «Тетя Оля, что сделать? Тетя Оля, отдыхайте!» У Леши теперь чистота такая в доме, мне прибираться не надо, готовит девочка просто отлично. На днях попросила ее не звать тетей, мамой уж, с сыном живет, так расплакалась, чудачка, ну и я вместе с ней поревела, обняла девочку, куда теперь деваться, и так хорошо стало, как камень какой сбросила. Леша счастлив, это - главное. Сабинка с Танюшкой довольные бегают, все вместе играют.
- Да, девочки и так дружили, а сейчас - не разлей вода, - подтвердила Наиля.
- Может, ты в курсе, Наилюша, все мне кажется, что Танечка наша, от Леши, ничего же от Царевых нет, - тихонько, будто кто подслушает, поделилась наболевшим приятельница. - Может, фантазирую себе…
- Вот этого не знаю, никогда не спрашивала у Наты, да и она не говорила. Даже если и так - хорошо же, Оль.
- Хорошо бы. Прикипела я к девочке, к внучечке, раньше боялась и приветить, чтоб Людка Нату не сгрызла окончательно, и так натерпелись мы от этого семейства, - женщина вдруг вспомнила, зачем пошла, да за разговорами забыла. - За молоком идешь к Ксене?
- Да, подожди меня, сумку возьму. Детям тоже принесу, лишним не будет.
У банка припарковался, вспомнив, что нужно заплатить пошлину.
- Подожди, я быстро. Не сбегай.
- А что, можно было? - хихикнула девушка.
- Ирка, сейчас запру в машине. Надо было у Лехи наручники попросить.
