— В том мире ты обитала последние века?
— Да, я помогала сражаться… Но к сожалению шансов на победу у рансакорцев не было… оставалось либо погибнуть с ними либо бежать сюда.
— Погибнуть?
— Не думай, что боги всемогущи. Это далеко не так. Ахатум давно научились успешно истреблять подобных мне, загоняя словно дичь в лесу.
— В галактике хоть кто-нибудь смог оказать им достойный отпор?
— Я обещала быть с тобой честной, поэтому отвечу как есть: на сегодняшний день любые достаточно развитые цивилизации, пытавшиеся остановить экспансию ахатум, уничтожены. Против захватчиков создавались альянсы, сотни систем объединялись против общей угрозы, но все обратилось в пепел. Космическую саранчу никому не удалось остановить.
— Тогда зачем вся эта борьба, если финал предрешен?
— Лучше погибнуть сражаясь, чем покорно сдаться на милость врагу.
— Значит шансов совсем нет…
— Когда люди оказываются на грани гибели, они способны совершать невероятные вещи, особенно славянские народы. Россия победила Наполеона, выстояла и поднялась после Первой мировой и Гражданских войн, сломила хребет объединенной Европе в сорок пятом и не сдается теперь, когда против нее в открытую воют десятки государств.
— Хорошо… — Я достал из прихваченного на «Портлэнде» армейского рюкзака охотничий нож и приготовился осуществить изуверский ритуал. Находившийся без сознания коммандер Коул внезапно очнулся, в его широко распахнутых теперь глазах стоял смертельный ужас. Но поделать он ничего не мог, Мара обездвижила жертву, воздействуя на двигательные центры спинного и головного мозга. Расстегнув камуфляж и разрезав футболку, я снова остановился, совесть и здравый смысл призывали не делать этого.
— Может выключишь его, чтоб не мучился?
— Он должен пребывать в сознании до завершения ритуала, так выделится больше живой праны.
Помня о том, что стоит на кону я начал резать плоть живому человеку. Боюсь думать, какие мучения он испытывал, я ведь ни разу не хирург, мастерски орудующий скальпелем, и не ацтекский жрец, для которого отнять орган примерно как почистить кукурузу. Сначала разрезал кожу, неуклюжими, неумелыми движениями продрался сквозь жировую прослойку и грудные мышцы. Несколько минут возился с раздвиганием ребер, после чего сунул руки к бьющемуся сердцу и приступил к его изъятию. Стоило повредить крупные сосуды, мне в лицо брызнула струя горячей артериальной крови. Американец терпел экзекуцию не отключаясь ни на секунду от болевого шока, сила Мары держала сознание на плаву.
— Вот оно…
Мои окровавленные руки держали быстро угасающее человеческое сердце. Тук-тук-тук… Я ощущал последние биения жизни в нем и то, как в меня переходит заключенная в нем некая биоэнергетическая субстанция. Она сильно отличалась от той, что поглощалась раннее — более насыщенная.
— Молодец. — Вкрадчиво прошептала Мара. — Я не ошиблась в тебе.
Я взглянул на лицо американца с застывшим на нем выражением ужаса.
— Избавься от тела и перенеси нас куда-нибудь… подальше отсюда.
— Как пожелаешь.
— …Губернатор Калифорнии, господин Николас М. Престон заявил на заседании комиссии по размещению перемещённых лиц, что содержание заключённых в изоляционных лагерях врагов государства обходится слишком дорого бюджету штата, и призвал принять необходимые поправки в акте номер 5790. Они позволят использовать находящиеся в избытке человеческие ресурсы не только в качестве неквалифицированной рабочей силы, но и в качестве источника донорских органов и подопытных для различных медицинских исследований. Несмотря на протесты некоторых правозащитных организаций, председатель комиссии обещал вынести предложение губернатора штата на открытое обсуждение во время следующего заседания. К другим новостям.