В среде ученых из числа феминисток идет достоянное обсуждение вопроса, который задан в статье Джоан Келли-Гейдол, а именно: был ли у женщин Ренессанс, см.: Joan Kelly-Gadol. Did Wome Have a Renaissance? Becoming Visible/Ed. Bridenthal R., Kopnz C. Hosfon, 1977. В настоящее время Рут Келсо и Келли-Гейдол доказывают, что женщины уступили ряд позиций и что в феодальный период их положение было лучше. Несомненно, что некоторые женщины из правящего феодального класса, в частности, Альенора Аквитанска и се дочь Мария Шампанская, достигали какой-то незначительной степени независимости (хотя Альенору ее муж содержал в заточении много лет) и оказали значительное влияние на развитие и популяризацию идеала трубадуров, ориентировавшегося на поклона на унижение ее. Однако как указывали Э. Вильям Монтер и другие, данные относительно того, добились ли женщины каких-либо значительных социальных и правовых завоеваний в средние века, очень противоречивы, см., например: Monter E.W. The Pedestal and the Stake // Becoming Visible… P. 125. Точно так же и во времена итальянского Ренессанса, авторы вроде Кастильоне — выступали за равное образование для женщин, боролись против буржуазного понимания роли женщин, ограничивавшего их жизнь домом, и хотя бы декларировали двойной сексуальный стандарт, но в то же время, как отмечает Келли-Гейдол, за несколькими примечательными исключениями, подобно Катерине Сфорца, дамы Ренессанса вряд ли могут быть названы независимыми в политическом и экономическом отношении. Другими словами, ни в тот, ни в другой периоды мы не можем отметить какие-либо существенные изменения в статусе женщины, подчинявшем ее мужчине. Вместо этого мы видим, как более «феминизированные» гуманистические ценности пытаются утвердить себя и в феодальный трубадурский, и в итальянский ренессансный периоды. Мы также видим некоторое расширение прав женщин и возможностей, открытых для них, или, по крайней мере, в какой-то степени прямой вызов их подчиненности мужчинам (в частности, сексуальному рабству женщин и унижению их). Примеры этого — идеализация женщин трубадурами и восхваление ими женской сексуальной независимости, равно как и ренессансный идеал равного образования для женщин. Однако в конце концов мы отмечаем неудачу гиланического порыва свергнуть укоренившийся андрократический порядок, будь то в тринадцатом или в пятнадцатом столетии. Этот тлеющий и периодически разгораюцийся гиланическо-андрократический конфликт жив и в наши дни.
…. см. также: Taylor. Sex in History… Р. 126. Яростное восстановление андрократического контроля в исторической перспективе имело большое значение для всех дальнейших попыток фундаментального изменения системы человеческих отношений, где мужчины повелевают, а женщины подчиняются, системы, являющейся остовом андрократии: Другими словами, любые попытки поднять статус женщин (и вместе с этим — «женских» ценностей) могли быть допущены только до тех пор, пока сохраняется андрократический характер системы, и никак не далее. Отсюда любое существенное изменение подчиненного положения женщин нужно было предотвращать любой ценой. Это не значит, что андрократичеокое сопротивление не сопровождало любую попытку гиланического бунта с самого начала. Никоим образом. Однако в чередования периодов усиления то гиланических, то андрократических тенденций мы видим, что с ростом стремления к гиланическому возрождению росло и андрократическое сопротивление, и в конце концов устанавливался, по крайней мере на время, более жесткий андрократический порядок. Например, протестантская реформация, восставшая против абсолютной власти отцов церкви и прошв враждебного отношения к сексуальным отношениям между женщинами и мужчинами, выраженного в идеале монашеского целомудрия, казалось бы, обещала некоторое улучшение положения женщин. Действительно, ряд прогрессивных католических гуманистов, предшественников Реформации например, Эразм и Томас Мор, выступали за образование для женщин и утверждали, что «учение Христа не отворачивается ни от кого, каков бы ни был его возраст, пол, состояние или место в жизни» (Эразм в «Параклете»). Более того, технологические изменения прогрессировавшей индустриальной революции обусловили быстрый социальный и экономический подъем, когда появилась возможность радикальных перемен в социальных институтах и ролях. Однако в результате никаких существенных перемен не произошло ни с подчиненным положением женщин, ни с приицистиально иерархическим характером новых христианских институтов, а пуританизм положил начало новому периоду жесткого андрократического контроля. Интересный взгляд на Реформацию с особым вниманием к женскому вопросу см. в: Wyntjes Sh. М. Women in the Reformation Era // Becoming Visible…