— Конечно! Примеры подобных прорывов в древней истории человечества есть. Мы имеем множество свидетельств периодических зональных прорывов в искусстве обработки орудий ещё задолго до вымирания неандертальцев. Я не сомневаюсь, что подобные прорывы сознания сопровождали и цивилизацию самих «древних богов», чем в частности можно объяснить их уход от участия в судьбах человечества. Ведь этот уход мог быть вызван и переключением их интересов именно в духовно-нематериальные сферы. Если же немного пофантазировать, то с полной определённостью можно сказать, что развитие запрещённой «солнечными богами» сферы деятельности — магии — способствовало бы столь сильному дальнейшему прорыву человечества по пути прогресса, что его форма напрочь бы отличалась от современной.
Акира Кензо замолчал, задумчиво глядя на тлеющие угли костра. Молчали и ребята. Я с интересом наблюдал за их преобразившимися вдохновенными лицами. Наконец, Лю Тао отважилась заговорит снова:
— Сейчас я понимаю, как многослойна и сложна наша история, и сколько определяющих и важных событий, о которых мы совсем не помним, происходило в ней. Но я чувствую, что вы рассказали нам ещё не всё. Мы с ребятами просим вас закончить свой рассказ… Если это вам не сложно.
— Просим, просим! — откликнулось сразу несколько возбуждённых голосов с разных сторон.
Акира Кензо посмотрел на звёзды и задумчиво улыбнулся нетерпеливым школьникам.
— Давайте сделаем так, — предложил он. — Сейчас уже поздно, а вам необходимо соблюдать положенный режим. Да и мне с друзьями не мешало бы отдохнуть.
Экзоархеолог взглянул на меня и Светлану, и решительно повернулся к наставнику Лику:
— Вы же пробудите здесь ещё какое-то время?
— Да, мы уезжаем только через два дня, — охотно ответил тот.
— Замечательно! — обрадовался Акира и произнёс в раздумье: — Завтра с утра мы с коллегами будем заняты раскопками на Восточной равнине… А вот после обеда милости прошу к нам в гости! Давайте встретимся часа в два в гостевом холле санатория… А ещё лучше на веранде! Там и закончим этот наш экскурс в историю. Согласны?
Ребята встретили это предложение радостными возгласами.
Попрощавшись с ними, мы поднялись со своих мест. В это время к нам решительно подошёл тот самый незнакомец, который до сих пор оставался в стороне от ребячьей компании.
Его стремительность и резкость движений невольно заставили меня сделать шаг ему навстречу (наверное, инстинктивно я старался закрыть своим телом Акиру и Светлану от неожиданного гостя) и этот мой порыв вызвал искреннее удивление на лице незнакомца.
— Чистого вам неба! — поприветствовал нас он, блестя пронзительными глубоко посаженными чёрными глазами.
Его голова в обрамлении коротко стриженных курчавых волос казалась массивной и тяжёлой. Это впечатление усиливало вытянутое лицо с высоким гладким лбом, крупным хищным носом и низкими густыми бровями. И вместе с тем, в его лице проскальзывало что-то женственное, едва уловимое, вступая в диссонанс с холодной волей и силой, исходивших от этого человека почти физически ощутимой психической волной.
— И вам того же, — благодушно кивнул Акира, щурясь в широкой улыбке и с интересом рассматривая незнакомца.
— Мое имя Натан Мелех, — представился тот. — Я давно и внимательно слежу за вашими исследованиями и восхищаюсь прозорливостью вашего ума. Вы настоящий гений в своей области!
— Так уж и гений? — ещё больше прищурился Акира, пожимая протянутую руку Мелеха.
От меня не ускользнуло, как холодновато блеснули глаза экзоархеолога.
— Наверное, я выразился слишком напыщенно. Прошу простить меня за это, — спохватился Мелех, тоже заметив реакцию Акиры. — Просто ваши работы по изучению цивилизации древних богов и их влиянию на человечество очень помогли мне и в моих исследованиях.
— Действительно? — в голосе экзоархеолога прозвучала искренняя заинтересованность. — Что же это за исследования? Чем занимаетесь вы? Может быть, мы можем помочь друг другу в нашей работе?
— Основное моё занятие это биофизика, — охотно сообщил Мелех. — Я занимаюсь проблемами полного самоконтроля на уровне способности замены базовой аксиоматики нашей психики, базовых программ человеческого индивида. А попутно изучаю физику пространства-времени на основе финслеровой геометрии[20]. Она помогает мне достичь избранной цели.
— Биофизикой? — удивился Акира. — Это для меня что-то новое… Впрочем, как и финслерова геометрия, — смущенно добавил он.
— Сейчас для нашего общества как никогда высшим приоритетом является задача изменения биоосновы человека в части базовых мотиваций и тех самых психических архетипов, о которых вы рассказывали этим школьникам, — с горячей убеждённостью говорил Мелех.
— То есть, просто человечности уже недостаточно? — удивился я.
