Будоражащий запах её кожи заставил в сладостной истоме замереть моё сердце. Мне казалось, что я сливаюсь с ней в одно целое, что она становится неразрывной частью меня самого. Сейчас я чувствовал каждый её вздох, каждый порыв её тела и души. В следующее мгновение наши губы слились. Длинные ресницы её закрыли затуманившиеся глаза. Больше ни о чём не думая я покорно поддался этому страстному порыву, прижимая всё крепче к себе её горячее тело…
Мы очнулись лишь, когда где-то в отдалении разнесся лёгкий шелест проезжающего мимо магнитного поезда. Сквозь ветви деревьев замелькали в ночи жёлтые овалы светящихся окон.
— Света…
— Тшш!.. Не говори ничего… Не нужно ничего говорить! — прошептала она, и её тёплые пальцы прикрыли мои губы.
Она взяла меня под руку и слегка прижалась к моему плечу, стараясь соразмерить свою танцующую походку с моими шагами.
— Наверное, мне стоит поблагодарить судьбу, за то, что мы встретились с тобой? — возбуждённо сказала она.
— Ты веришь в судьбу?
Я посмотрел на неё сверху вниз и улыбнулся.
— Не смейся!
Она легонько стукнула меня кулачком в грудь, продолжая сиять своими удивительными глазами. Подняла разгорячённое лицо навстречу налетевшему ночному ветру.
— Знаешь, здесь на острове учиться дочь моей сестры, Яшоды… В школе первого цикла.
— Яшода?
Я слегка удивлённо посмотрел на неё, замедляя шаг. Светлана поняла мой взгляд, снова взяла меня под руку. Пояснила:
— Да. У нас один отец, но разные матери.
— Понятно. А твоя племянница… Сколько ей лет?
— Таманна, — подсказала Светлана. — Ей только четыре.
— Красивое имя для девочки! — одобрил я. — «Желанная мечта», кажется?
— Да. Я не виделась с ней уже несколько месяцев, — с лёгкой грустью произнесла Светлана. — Её мать сейчас находится с научной экспедицией далеко отсюда, на Титане. Она экзобиолог, как и наша Эйго. Там, вблизи Сатурна, для неё много нового и интересного.
— Понимаю. А её отец?
— Каран Анант, — подсказала Светлана. — О! Он большой учёный! Работает при Объединённой Звездопроходческой Академии. Когда-то давно на Земле существовала международная научная программа по поиску внеземного разума. Ты знаешь что-нибудь об этом?
— Знаю. Тогда была построена целая сеть мощных радиотелескопов по всей планете. С помощью неё учёные прослушивали окружающий нас космос в надежде уловить передачи от наших братьев по разуму. Сейчас у нас тоже есть несколько подобных установок, находящихся на Семи вершинах… Так он имеет к этому отношение?
Я с интересом посмотрел на девушку.
— И самое непосредственное, — утвердительно кивнула она. — Ты знаешь, интерес к исследованиям подобного рода возродился именно после открытия программы «Тени Предков», и мне приятно, что и я имею к этому некоторое отношение… пускай даже совсем небольшое.
Светлана показала пальцами, какое именно отношение она имеет и беспечно улыбнулась.
— Ведь это как иметь сопричастность к Вселенной, а Вселенная — это вечность! Значит, я сопричастна к Вечности!
Она раскинула в стороны руки, словно, собираясь охватить звёздное небо над нами, и рассмеялась.
— Правда, с тех пор учёные, «слушающие» космос, мало чего достигли. Но Каран Анант не унывает и не теряет надежду. Я знаю, что он уже много лет проводит опыты на КОРАСС[44] с приёмом изображений на разных частотах, — сообщила она и неожиданно остановилась. Повернулась ко мне, заглядывая мне в глаза.
— Как ты посмотришь на то, чтобы навестить девочку? Ты против не будешь?
— Нет, конечно! Я буду только рад познакомиться с твоими родственниками!
Я обнял её за плечи.
— Перестань! Это не знакомство. Обычная встреча, — шутливо отмахнулась она, ещё больше сияя глазами.
— Ладно, я не возражаю, — в тон ей ответил я. Предложил: — Наверное, нам стоит подобрать на ночь жильё? Как ты думаешь?
— Да, давай. Я немного устала от долгой дороги, — призналась Светлана.
Мы остановились около одного из информационных терминалов и выбрали себе свободный коттедж, расположенный на этой же улице. Здесь было всё необходимое для ночлега: уютная гостиная, выходившая широкими окнами к морю, небольшая столовая и спальня, манившая нас широким надувным диваном. Прозрачные лёгкие шторы убаюкивающее колыхались на окнах в порывах ночного ветерка.
— Дом! Милый дом! — с наслаждением пропела Светлана, и радостно посмотрела на меня.
Наутро мы взяли на ближайшей транспортной станции магнитор и отправились вглубь острова туда, где на берегах озера Алаутра располагалось несколько воспитательных школ различных уровней, в том числе и воспитательная школа первого цикла, где училась племянница моей возлюбленной.
Светлана, бывавшая в этих местах не раз, села за управление магнитором, и мне оставалось лишь любоваться красотами здешней природы.
Миновав полосу лагун и болот, простиравшуюся по восточной равнине параллельно берегу, мы ворвались в царство обширных тропических лесов, покрывавших всю внутреннюю часть равнины, вплоть до двух уступов, поднимавшихся к высокогорному плато Анджафи.
