— Она тренировала способности, — сразу догадалась Елена.
— Скорее всего, — согласился с ней ее дорогой друг. — А еще лет в пятнадцать она начала сбегать из дому. Раз шесть пропадала куда-то за три года. На неделю или полторы.
— Вот это странно, — рассудил Егор. — Может, она уже тогда пыталась найти чашу?
— Вряд ли, — не согласился Алек. — У меня по этому поводу есть одна теория, но о ней потом. Сначала давайте закончим с основными фактами.
— А с фактами так, — продолжал Павел. — В семнадцать девочка резко берется за ум, хотя дурой не была и до того. В школе она, кстати, нормально училась. И получает вполне приличный аттестат. Важно то, что в этот последний школьный год, Катя вдруг становится крайне набожной, посещает ближайшую к дому церковь, кстати, та церковь при монастыре. И даже проходит обряд крещения.
— Спорим, это плохо закончилось? — спросила Елена у Егора.
— Нет смысла, — ответил он. — Это однозначно плохо закончилось. Вопрос, для кого.
— Да, для церкви той, как иначе? — известил их Алек. — Обворовала девочка церковь.
— Только очень так странно обворовала, — подхватил майор. — Взяла пару книг по истории церквей и монастырей Псковской области, да пару икон. Не самых дорогих, между прочим. И кое-что из утвари.
— Иконы и утварь для прикрытия, — решила ведьма.
— Скорее всего, — поддержал ее дорогой друг.
— Как раз в это время умирает ее тетя, — продолжил Павел. — Катя продает их квартиру и уезжает в Москву.
— Вот так сразу? — удивилась Елена. — И надолго ей там этих денег хватит?
— А ей надолго и не надо было, — сообщил маг. — В столице Катя жила на широкую ногу, так как там быстро нашлось много желающих поддержать ее материально. Она уже свободно использовала свой дар.
— Я помню ее тогда, — сказал Егор. — У нее была очень недешевая квартира, брендовые вещи и много дорогих побрякушек.
— Заметьте, дама все это получала ненелегким путем продажи тела, а чисто ведьминскими методами, — напомнил Алек. — Катя часто и много меняла поклонников. Ну, с ее характером и эмоциональностью…
— Это легко вписывается в ее портрет, — согласился настоятель. — Она на самом деле могла выглядеть адекватной, только когда мы с ней говорили на какие-то темы, связанные с историей и славянским язычеством. Катя в нем на самом деле разбиралась. Только… — Он остановился, подбирая слова. — Это было как-то академично. Она знала много теорий, много легенд и мифов. Я почему поверил, что она студентка? Слишком наивно она все излагала.
— То есть, — уточнила Елена. — Она умела перебирать полученную из книг информацию. Но сама ее не анализировала?
— Не всегда, — вдруг оживился Егор. — Как я раньше-то не вспомнил! Она изучала культ Марены. По-настоящему. Как известно, обрядов и традиций, связанных только с богиней смерти, на Руси нет.
— Скорее, эти обряды не рекомендованы в принципе, — напомнила Елена. — В Марены дни запрещалось вообще использовать магию. Да и сама Мара была больше, чем богиней смерти. Она представляет собой очень глубокий образ…
— Мара и Жива едины, — подхватил настоятель. — Вот-вот. В этой фразе Альбина. — Он сам не заметил, что назвал преступницу прежним именем. — Видела какой-то особый смысл. И могла говорить об этом часами. Но никогда полностью не раскрывала своего видения этого вопроса.
— Это отлично подтверждает все наши теории и версии, — сказала ведьма. — Дама могла сосредотачиваться только на своем деле. В остальном — капризная истеричка. Вопрос один: где эта истеричка умудрилась набраться знаний?
— В университете, — ответил ей Павел таким тоном, будто это было очевидно. — Пусть и не в МГУ, куда ей не удалось поступить, а в частном коммерческом вузе. Правда, учиться она начала чуть позже. Потеряла год поле неудачи с главным вузом страны. Окончила исторический факультет по специализации «История Древней Руси, становление христианства». И магистратуру по истории монастырей центральной России, правда, тоже чуть позже, потеряв еще год.
— В то время, когда ты ее встретил, Егор, — подхватил Алек. — Она на самом деле была студенткой. Ей оставался год до окончания магистратуры.
— Значит, на поиск чаши она сорвалась не сразу после их с Егором расставания, — рассудила ведьма.
— Далеко не сразу, — согласился Павел. — Но лето она потратила на поиски Егора. Даже моталась в Тверь.
— Ну, да. — Настоятель болезненно поморщился. — Я же сказал, что еду туда, типа у меня там брат при смерти. Надеюсь, никто не пострадал?
— В тот раз нет, — сочувственно ответил майор, он понимал, что сейчас настоятель мучается чувством вины. — Но позже… Она начала свой преступный поход по монастырям именно с Тверской области.
У Егора был такой вид, будто ему очень и очень хочется сквернословить. Долго и от души.
— Успокойся, — ласково, но твердо сказала ему Елена. — Даже если бы ты никогда ее не встречал, было бы то же самое. Она искала чашу. Ты был лишь сопутствующим обстоятельством. До первого нападения на ваш монастырь.
Настоятель кивнул, вроде бы чуть собрался с мыслями, но вид у него все равно был угрюмым.
