Она не ждала его. Никого не было на опушке. Микола походил взад вперед вдоль деревьев и принялся кидать в них камешки, унимая досаду. Не пришла. Обещала и не пришла. Он решил подождать еще немного и уйти. Если ей это не надо, то ему тем более. Он присел на дерево, упавшее под давлением какой-то погодной стихии или старости. А потом проснулся, потому что та девушка трясла его за плечо.
– Просыпайся. Вечно спишь. Такие, как ты, не выживают в лесу. А ну как дикий зверь нападет во сне, а ты даже пискнуть не успеешь? – это была она и она снова смеялась над ним.
– Я не спал, – буркнул Микола. – Просто задумался. Тебя не было, и я собирался уйти домой.
– Да была я, была, – смеялась Моргана. – Просто ты меня не заметил, потому что крепко спал.
– Ничего я не спал. Что делать будем? – спросил Микола.
– Обычно парни предлагают что-то делать. И чаще всего ничего хорошего они не предлагают.
– Откуда у тебя такой обширный опыт общения с парнями? Тебе же мало лет, столько же, сколько и мне.
– Столько же, да не столько же.
– Сколько?
– Не задавай вопросы, на которые не хотел бы слышать ответы.
– Ну и ладно. Я и так знаю, что ты моего возраста. А где твои родители?
– Отец не знаю, мама говорит он был не очень значительной и долгой частью ее жизни. А мама – у себя дома.
– И где же ваш дом?
– Не наш – а ее. Мой недалеко, чуть дальше в лес.
– Так ты живешь одна? И как ты со всем справляешься?
– С чем – со всем?
– Ну еда, одежда, дом…
– Да что там справляться. Ты бы не справился что ли?
– Я – нет. Я не очень привык что-то сам делать. За нас все делают слуги.
– А мне разные парни иногда помогают. Только не такие, как ты, а взрослые.
– Ты что ли гулящая?
– Ну, бывает иногда гуляю – то вдоль реки, то в Чаще.
– Я не про это. Зачем ты гуляешь в Чаще? Там же ведьма эта, как ее, Остара.
Моргана рассмеялась очень громко:
– Ведьма! Сам ты ведьма. Она гораздо более важное создание. Ведьмы – это такие, как я, – добавила она грустно. – В целом бесполезные, но кое-что умеем. А она – богиня.
– Она ест людей.
– Волки и медведи тоже едят людей, а ты ешь коров, а коровы едят траву – какая разница, чем ты питаешься.
– Людей едят только звери или злые силы.
– И как определить – ты зверь или злая сила?
– Звери едят, когда они голодны, а зло ест просто так, для своего удовольствия и темных делишек.
– Получается, Остара зверь. Она ест, потому что она голодна.
– Откуда ты про нее все знаешь?
– Знаю – и все. Не спрашивай.
– Ну так и почему бы ей не поесть чего-нибудь другого?
– Она ест смерть. Самая вкусная для нее – достойная смерть, она же подвиг, или смерть невинных и чистых на крайний случай. Но ведь и ты не предпочтешь мясо с гнильцой, когда есть свежее.
– И все-таки, я ее осуждаю, – отрезал Микола.
– Не знаю, но осуждаю. Это так типично для людей.
– Ты, вообще-то, тоже человек!
– Да? – рассмеялась Моргана.
Они шли вдоль реки и снова забредали все дальше в лес. Миколе становилось не по себе.
– Куда мы идем? – спросил он.
– Куда угодно. А для тебя есть разница, куда идти? Я по тебе такого не заметила.
– Откуда тебе что-то про меня знать? Мы почти не знакомы.
– Тебя выдают твои грустные глаза. Так что ли плохо жить в доме у Главы? По-моему, он весьма интересный человек.
– Конечно не плохо. Он замечательный отец, всегда придет на помощь… – Микола осекся, осознав, что он врет. – В любом случае, я хочу стать таким, как он.
– Но не станешь.
Эти слова ему запомнились больше всего. Оставшееся время они гуляли то туда, то сюда, разговаривали на отвлеченные темы. Она была милая, хоть и вредная. Красивая. На самом деле, она просто была первой девушкой, с которой Микола общался так близко. И он мог бы понять причину своих чувств, если бы хоть чуть-чуть разбирался в людях и себе. Да только он не разбирался.
…
Свята как всегда выпороли. Он стоял, привязанный к воткнутому в землю бревну, и спокойно, как и прежде, сносил наказание.
Микола видел все, потому что с утра вышел во двор смотреть на представление. Глава вернулся в деревню, и Свят сам пришел к нему поговорить. С ним пришли другие крестьяне, но скорее чтобы повеселиться, а не потому, что разделяли его убеждения. Ну какие у крестьян могут быть убеждения?
– Ты не прав, Глава.
– И в чем на этот раз я не прав? – он стоял, высокий, могучий, сложив руки на груди, на ступенях крыльца своего дома. Он смотрел сверху вниз на пришедших и ухмылялся, так же как ухмылялись его охранники.
– Ты не должен заставлять нас работать каждый день. У нас должны быть выходные.
– А как вы тогда рассчитаетесь со мной по всем долгам? За сто лет, что ли? Я столько не проживу. Есть работа – работай. Нет работы… Ну так не бывает. Все равно, когда вы не работаете, вы пьете водку. Я что ли вас не знаю?
Крестьяне захихикали и закивали.
– Я не пью, – возразил Свят.
– Ну и зря. Попробуй. Может поумнеешь.
Охранники загоготали.
– Мы объявим забастовку! – громко сказал Свят.
– Против чего бастовать будете? – Глава не торопился утихомиривать Свята, все-таки не так много развлечений в деревне, а таких – еще меньше.
