Ноги сами принесли их к дому, где обычно собирались подростки, общее чувство погнало на крышу, ставшую когда-то уютным приютом для влюблённых. Вид на Раттем был по-прежнему невероятно прекрасен, а небо с широкими полосами глубокой сини стало ближе. Внизу, в проулках и на площадях, горели голубые огни. Ярким светлым пятном выделялся «Совиный приют», снова нашедший себе хозяина и озарённый светом множества маленьких изящных фонарей.
– Разве можно не любить этот город! – воскликнула Мина, вздымая руки к небу, ловя пальцами магический ветер.
– И тебя… – тихо произнёс Морган, целуя её сзади в макушку, заключая, пусть и одной рукой, в крепкие объятия, откуда не хотелось исчезать. – Разве можно не любить тебя, Вильгельмина Дюран.
– Нет, – рассмеялась она. – Фаррел… Вильгельмина Фаррел. До самого конца… Вместе с тобой и с городом.