Прямая дорога проходила через горную цепь разделяющую Болгарию от Византии, что само по себе слегка усложняло поход. Да и как говориться прямая дорога не всегда легче и короче. Скрытно перевалить их, ну никак не получится, по сути, всего одна дорога вся перекрытая заставами. Да Святослав никогда и не скрывал своих намерений. После взятия Болгарской столицы, Великой Преславы, где он захватил Бориса вместе с его семьей и всем двором, он тут же отправил гонца в Константинополь с уведомлением, " Хочу на вас идти". Какая уж тут скрытность. Несомненно, нас уже поджидали на горных заставах, в каменных мешках. Конечно, остановить армию эти заставы не в силах, но вот нервы потрепать, да задержать продвижение, это сколько угодно. Согласитесь, попасть под каменную лавину где-нибудь в узком ущелье не очень приятная перспектива, или когда тебя со склона обстреливают стрелами, и швыряются копьями. Естественно Болгары знали, где именно находятся заставы Византийцев, но знать одно, а тихо подобраться совсем другое. Тем более что горы, это не леса и равнины, здесь особый подход нужен. Именно по этой причине я, как имеющий опыт лазанья по горам, вместе с Ирмой, и молодыми варягами, которые родились в своей горной местности, при поддержке нескольких десятков Болгар знающих эти места, и шли впереди, а вернее, обходили те заставы и сами нападали на них, когда они менее всего ожидали нападения. Вот такая нелегкая и тяжелая работа. Мало копий, стрел да мечей, так еще и в пропасть сорваться запросто можно, случайно оступившись. Как-бы там ни было, но горы мы все-же перевалили, и с ходу заняли Филиппополь, стоявший у нас на пути. Там стало известно, что Никифор Фока благополучно был убит, во время дворцового переворота организованного Басилевсой, и ее другом, Иваном Цимисхием. Который, теперь и является правителем. Но судя по всему, даже смена правителя, особо пока не сильно помогала. Там же мы узнали, что те войска, которые срочно отзывались из Азии, были разбиты Арабами, а Царьград готовиться усиленно к обороне. Даже цепь на море натянули, а ну как Святослав еще и ладейный флот приведет под стены. В срочном порядке собирается ополчение, и стягиваются гарнизоны с городов. Ну, подумаешь, пограбят их немного, как говориться, не велика потеря, главное чтобы до святынь мерзкие варвары не добрались. Ну и вместе со святынями, само собой, и Царские особы не побили, с Великим Патриархом. Что-что, а весть о городах, оставленных без защиты, очень сильно всех обрадовала, особенно Болгар, которые так надружились с Имперцами, что не смогли отказать себе в удовольствии, ответить им той же дружеской монетой. По этой причине, о быстром ударе по столице, пришлось на время забыть. Хоть Святослав и не сильно одобрял такие действия, но и не считаться с желаниями союзников тоже не мог. Тем более что вскоре пришла весть о том, что к нам направляется посольство для переговоров. Волей неволей пришлось задержаться. Прибывшие послы, как обычно претворялись невинными овечками. Мол, ничего плохого против Святослава не замышляли, а все остальное, злые наговоры, что они люди мирные, и воевать совсем не любят, а все дела решают только мирным путем, и даже готовы для поддержания этого мира заплатить выкуп. Быть может, так бы и было на самом деле, а может, все-таки просто время тянули. Но после того как Святослав получил известия о том, что вторая часть дружины разбита, послы срочно засобирались восвояси. Как такое могло произойти с опытным Твердохлебом, стало известно чуть позже. Виной поражения, оказались Печенеги. Причем произошло то же самое, что когда то под Саркелом, а главное, виновник тот же, Печенежский военный гений, по имени Куря. Который видно, а очередной раз решил показать свою удаль. Попросту говоря, он вытащил свою орду вперед перед строем, но как только по ним ударили катафракты, тут же дал деру. Угры, попытавшиеся ударить по катафрактам, и остановить их продвижение, были смяты бегущими Печенегами, и вся эта кавалькада ухнула на Болгар, а следом за ними, на смешавшиеся ряды, обрушилась конница Византийцев. Твердохлеб, попытавшийся восстановить порядок, погиб в этой неразберихе. От полного разгрома, уберегла всех Русская дружина, чьи полки оказались не затронуты этой давкой. Вот только о продвижении вглубь Византийских земель, пришлось на время забыть. Угры, обозленные Печенегами, за понесенные по их вине потерями, не сдержали свой гнев, и устроили тем настоящую кровавую баню. Оставшиеся в живых, во главе с Курей, тут же рванули в свои степи. Вскоре ушли и сами Угры, невидящие смысла продолжать поход после таких потерь. Поэтому и Русская дружина, и оставшиеся Болгары, отошли обратно в свои пределы, а эта победа окрылила Византийцев, подарив им надежду. Тем более что под стенами Константинополя собралось немалое войско. Так что, веселая жизнь с захватом беззащитных городов закончилась, и нужно было в срочном порядке собирать все войска в единый кулак. Две армии встретились возле Адрианополя, последнего большого города перед Царьградом. Увидя численность имперцев, некоторые поколебались в уверенности благополучного исхода сражения, что уж тут говорить о Болгарах, у которых боевой дух тут же опустился к самой земле. Никто не спорит, они сильные, и храбрые воины. Но времена Симеона Гордого прошли, когда Византийцы тряслись от одного только вида Болгарской рати, а благодаря верхушке знати, пытающейся перенять образ жизни имперцев, их гордость, почти совсем сошла, на нет, укрепляя мысль о непобедимости имперский легионов. Перед дружинами выехал Святослав, и снова произошло маленькое чудо, он говорил спокойно, не кричал, но каждый слышал его слова.