Но вино сделало свое дело (еще одна маленькая лепта в задуманную Сергеем Донатовичем брошюру о пользе алкоголя!), и однажды я, как выразился Довлатов, посягнула... Реакция была неожиданной! Чисто женской: я не сказала "да", милорд, я не сказала "нет"... На роман он не соглашался, но и не уходил...
Хоть я и не царская дочь, но равнодушие, вроде " а принцессы мне и даром не надо", была воспринято как вызов. "Я перестану себя уважать, если не соблазню этого медведя!"- подумала я. До этого и не предполагала, что могу быть агрессивной!.. Первый раз в жизни я поняла мужчин, которых возбуждает сопротивление. Не успела я осмыслить эти открытия, как меня ожидало следующее... Мужчина с внешностью Бандераса и фигурой Тарзана не знал женщин...
Тарзан, Простодушный и герои Джека Лондона
Я было убеждена, что такие экземпляры встречаются только в произведениях Джека Лондона (которых мой герой, думаю, не читал), на арктической льдине или в глухой сибирской тайге. И то не чаще, чем занесенные в красную книгу амурские тигры. Но чтобы Тарзан оказался реальностью, здесь, в Питере, среди моих знакомых - невероятно!!!
В нем было что-то от Маугли, индейцев Купера и "Морского волка": сила, самодостаточность, близость к природе... - все, что французы называют одним словом "savage", а урбанизированные мужчины внешне имитируют небритостью.
Он ходил на лыжах, купался в проруби, стрелял, плавал, как рыба... Но не так, как цивилизованные люди, для развлечения, напоминающего искусственные инъекции адреналина, или честолюбивого желания выделиться а так, как те, для кого это элемент выживания, не требующий восхищенных зрителей или веселой компании.
Я всегда скептически относилась к рассказам о попытках отдельно взятого человека, от янки при дворе Артура до знаменитого Робинзона, восстановить цивилизацию. Большинство из нас, оказавшись оторванными от мира: без электричества, компьютеров и магазинов, - как я, было бы способно только худо-бедно соорудить шалаш и заниматься собирательством. Селькирко, прототип героя Дефо, пробыл на острове всего полтора года; а когда его обнаружили, уже нечленораздельно разговаривал и имел признаки помешательства. Мой герой был живым опровержением моего скепсиса.
Леша плавал на байдарке - вскоре он в одиночку по собственным чертежам построил лодку.
Мне кажется, что от автомобилестроения в отдельно взятой квартире его избавило только возможность разбирать и чинить отцовскую машину, что он мог делать закрытыми глазами.
Леша ходил в походы - вскоре появились рюкзак, палатка и спальник собственного производства.
Родители возводили дачу - он научился строить дома. Понадобилось сложить печку - Леша освоил эту специальность. Первое творение не отвечало его высоким стандартам и было разрушено. Только третье (к радости родителей, думавших, что процесс самосовершенствования никогда не будет закончен) удовлетворило Мастера.
Когда ему понадобился компьютер - Леша просто собрал его из купленных по дешевке деталей.
Узнав, что Лешу пригласили покататься на яхте, я пошутила, что теперь он станет яхтсменом и построит собственную. Моя шутка обернулась закономерной истиной.
Любой незнакомый предмет им разбирался; после чего Леша уже мог сделать нечто аналогичное. К тонкостям человеческой души Мастер интереса не испытывал: Маяковский говорил, что после того, как он увидел электростанцию, его перестала интересовать природа - "неусовершенствованная вещь!"
Дао
В моем лице Леша столкнулся с незнакомым доселе миром женщин. В этом было нечто от взгляда туземца на телевизор. Привычный подход возобладал - с незнакомым явлением надо было разобраться и стать мастером... В отличие от большинства мужчин, Леша исходил не из собственных желаний, а из необходимости освоения технологии. Как Шерлок Холмс, выбросивший как ненужное из своей головы то, что Земля вращается вокруг Солнца, но знающий все о шрифте лондонских газет и пепле сигар, мой герой умудрялся не замечать очевидного. И, как вольтеровский Простодушный, задавал наивные и одновременно мудрые вопросы. Никогда в жизни пробелы в знаниях не вызывали у меня такого энтузиазма! Ликвидировать чужую неграмотность было моей специальностью, а в тот момент я поняла, что и призванием!..
Подход к сексу как к технической задаче принес свои плоды: вскоре он решал ее на "отлично" (исходя, разумеется, из данных мой условий...)
Двух более непохожих людей трудно было представить. Мы жили в своих параллельных мирах, только по ночам сливаясь в знаменитый знак Дао.
Из чего же, из чего же, из чего же, как поется в детской песенке, сделан был Мастер? Каково его семантическое поле, как выразился бы заумный Лотман? Сила, надежность, железки, чуждость привязанностей, спорт...
В театр, на концерты, в клубы, на выставки Леша не ходил; категоричное "не для меня" звучало как окончательный диагноз. Я вряд ли решилась бы когда-нибудь искупаться в проруби, даже вместе с любимым мужчиной.
