Вздохнув, Маша снова взялась за меч и использовала его по тому самому профилю, вызвавшему искреннее недоумение Черного Властелина, — раскроить. На раскрой пошли плащи нападавших. Из них получились замечательные веревки. А уж вязать человечке с удовольствием и явным профессионализмом помогал Фэб. Как только враги были временно нейтрализованы, фэйри перестал творить туман из кнута и двинулся на помощь девушке. Кстати, вовремя: у одного из вырубленных типов оказалась или очень крепкая голова, или слишком быстрая регенерация в комплексе с острыми как бритва зубами. Он умудрился очнуться как раз в тот момент, когда сид творчески упихивал ему в рот кляп из вонючей портянки, и ухитрился даже тяпнуть пленителя. Конечно, тут же огреб от Маши добавки мечом по голове и окончательно ушел в нирвану.
Когда Мария и окровавленный Фэб в четыре руки пеленали шестого типа, не забывая и о кляпах, на поляне объявились новые действующие лица. Первым шагнул Дейдриан, при виде которого фэйри скрипнул острыми зубами и честно предупредил напарницу: «С этим я не справлюсь».
— С этим не надо, это свои, — приветливо улыбнулась Маша Черному Властелину и появившимся вслед за ним Зэру и Фалькору. Поздоровалась с гостями мира: — Доброе утро! Как хорошо, что вы пришли. А то мы не знаем, что делать с этими и зачем они вообще напали. — И Маша кивком указала на аккуратную кучку из шестерки пребывающих за гранью реальности мужчин.
Улыбка Черного Властелина, извлекающего черный меч из черных ножен, доброй и всепрощающей не была. Он с истинным удовольствием готов был продемонстрировать ортэс, как именно решаются проблемы подобного рода. И даже Фалькор, обреченно прикрывший глаза, не собирался мешать. Но помешал Зэр. Он сказал очень тихо:
— Не надо, Дей, не здесь. Не простит.
И Черный Властелин остановился, глядя в доверчиво распахнутые глаза ортэс, на солнечные веснушки на ее свежем юном личике, на легкую улыбку, заставляющую появляться на щеках очаровательные ямочки.
Промелькнула мысль о душевном покое и уюте, испытанном в обществе ортэс на крохотной кухоньке, о вкусном чае и хрустящих печеньках. Возможно, именно печеньки и стали той самой соломинкой, переломившей спину неизменно-циничной кровожадности Черного Властелина. Он мог и желал убивать ради защиты. Вполне вероятно, его бы поняли не только белый рыцарь и Зэр, поняла бы и Маша. Но пожелала ли бы угостить после этого печеньем и пригласить в гости? Дейдриан усомнился. Потому меч вернулся в ножны, а Черный Властелин заверил девушку:
— Не тревожься, мы разберемся. Я их забираю.
Взмах рукой, и связанная кучка пленников пропала с полянки, а Дейдриан перевел тяжелый взгляд на возмущенного таким самоуправством голодного фэйри. Древний рассчитывал на кровь и жизненную силу для подкрепления потраченных сил и исцеления легкой раны.
— В благодарность, сид. — Глубокий голос Черного Властелина и легкий манящий жест заставили фэйри приблизиться. Дей протянул Древнему свое жилистое запястье и предложил: — Пей!
Фэб облизнулся, хищным золотом сверкнули глаза, фэйри впился острыми зубами в предложенное запястье и сделал несколько глотков черной, тягучей силы. От ее избытка засияли, как фары, глаза Древнего, засветилась золотым светом кожа, а одежды и волосы цвета осенних листьев раздул невидимый ветер.
— Ты сейчас такой красивый, как картинка из книжки, — искренне восхитилась своим защитником Маша, едва не подписав ему тем самым смертный приговор. Черного-то Властелина она назвала лишь умным!
— Эй, ортэс, а мы? — спас ситуацию возмущенный оклик серокожего дроу.
— И вы тоже очень красивые, — заверила общество Маша. — Только что у тебя с лицом, Зэр, ты ушибся?
— Ерунда, оплошал на тренировке, — небрежно отмахнулся почти избавившийся от синяка дроу и провокационно уточнил: — И Дей тоже красивый?
— Э… Не знаю. Каноны красоты везде различны, — замешкалась правдивая во вред себе девушка и виновато моргнула, а потом нашлась с ответом и расплылась в довольной улыбке, решительно объявив: — Я вообще целиком и полностью согласна с Асадовым. Если брать такой меркой, то и Дей тоже красивый!
— Сид, мне говорили, ты желал вернуться в свои холмы, — как-то подозрительно поспешно, скрывая странное смущение, перевел тему Черный Властелин Экхарда Дейдриан.
— Желал, но покуда останусь подле человечки! У вас тут весело! — расплылся в острозубой улыбке Фэб, ласково коснувшись кнутовища и вытирая им засохшую кровь с ладони. Оружие словно слизнуло ее с кожи хозяина.
— Странное понятие о веселье, — мрачно хмыкнул Фалькор, мучимый мыслями об участи своих коллег, которая могла оказаться хуже смерти.
— Что ты хотел от Древнего? — ответил вопросом дроу, и сам порой не чуждый такого рода веселья. — Кстати, Мария, а как трактует красоту неизвестный нам лорд Асадов?
— О, — Маша, не особая любительница рифм, принахмурилась, вспоминая выученное еще в школе, и продекламировала.
— Справедливый подход! — согласился Зэр. — Огонь души стократ ценнее внешнего обличья.
