Тетсу не закрывал глаза. Ему нравилось встречаться глазами с удивленно-восхищенным взглядом Хаято, замутненным страстью и удовольствием. Он с замиранием сердца рассматривал руки брата, когда тот с силой вцеплялся в край стола, да так, что пальцы белели от напряжения… Смотрел, как Хаято запрокидывал голову, слушал, как из его приоткрытого рта вылетали сладкие, почти мученические стоны… Они отдавались, вибрируя, в голове Тетсу, и мальчик получал почти такое же удовольствие, как и его брат. Еще ему нравилось дразнить Хаято и, глядя в глаза, слизывать с пальцев соленые капли, проводить языком по губам, ждать, когда же, наконец, брат не выдержит и вопьется в него требовательным и страстным поцелуем. И возьмет его. Прямо здесь, на кухонном столе. Хотя бы пальцами, чтобы не было слишком больно… Но даже так это будет восхитительно возбуждающе… И прилив адреналина заставит сердце выскакивать из груди. При одной только мысли, что дверь может открыться почти бесшумно… при мысли, что их стоны слышны еще на лестничной площадке.
Безумие поглощало Тетсу, когда он двигался навстречу руке Хаято и, не в силах справиться с эмоциями, он наклонился и сильно укусил брата чуть пониже шеи. Тот издал глухой стон, больше похожий на рык и крепче прижал к себе братишку. Пальцы двигались быстро. Часто. И Хаято выдыхал горячий воздух, целуя мальчика за ухом.
"Мы сходим с ума… Что же дальше? Что?!"
Тетсу с улыбкой наблюдал, как разгоряченный Хаято с горящими щеками пытается возобновить приготовление ужина. Его руки дрожали, и мальчик всерьез беспокоился, как бы тот не порезался ненароком.
- Мы могли бы делать это каждый день, - мечтательно произнес Тетсу, уставившись в окно. – Если бы жили отдельно…
Хаято хотел что-то сказать, но прикусил губу и промолчал.
- Думаю, нам надо как можно раньше уехать отсюда, - продолжал Тетсу. – Что ты планируешь делать, когда закончишь школу?
- Работать пойду, наверное, - задумчиво произнес Хаято. – А вообще, конечно, хотелось бы и дальше музыкой заниматься. Только вот не все ребята в группе этого хотят. Юкио отпадает. Он и в этом-то году играть не будет, я так думаю… Маэда за границу едет. У Кена тоже все неопределенно. Один Така остается.
- Найдешь новых ребят, - сказал Тетсу.
- Найти-то не проблема, только пока сыграемся, притремся друг к другу, столько времени пройдет.
- Ты должен заниматься музыкой! У тебя талант! – воскликнул мальчик. – Можно попросить отца подключить его связи. Уверен, какое-нибудь агентство тобой точно заинтересуется!
Хаято горько усмехнулся.
- Я не хочу становиться известным. Поэтому, наверное, не стану собирать новую группу.
Тетсу догадался, что Хаято не хочет привлекать к себе внимание прессы. Ведь тогда может выплыть вся правда об их отношениях. А это убьет не только отца, но и самого Хаято.
- Ну, значит, я буду работать в крутой компании, а ты будешь моей женой, - рассмеялся Тетсу. – Я буду приходить вечером домой, уставший и измотанный, а меня уже ждет теплый ужин и горячая постель.
- Мне кажется, ты слишком много думаешь о сексе, - заметил парень.
- А ты, конечно, об этом не думаешь, - хмыкнул братишка. – Если честно, я вообще не представляю себе, как ты сдерживался все это время. На твоем месте я бы уже трахнул меня на отдыхе в Хаконэ.
- В тихом омуте, - прошептал Хаято чуть слышно.
- Привет, мальчики, - отец заглянул на кухню. Он выглядел уставшим, но довольным.
Тетсу кивнул ему.
- Я уже скоро закончу, - сказал Хаято, не поднимая взгляда от сковороды. – Переодевайся и можешь идти к столу.
- Какой ты у меня молодец, - улыбнулся тоо-сан.
За ужином повисла напряженная тишина. Тетсу не знал, что сказать, Хаято избегал глядеть отцу в глаза, тоо-сан просто наслаждался вкусной едой. Пару раз взгляд его останавливался на Хаято, на шее которого красовался четкий след зубов. Тетсу заметил недоумение и легкое раздражение на лице отца. Конечно, тоо-сан без труда мог догадаться, при каких обстоятельствах сын получил этот укус. Но то, что это была именно его, Тетсу отметина, заставляла сердце мальчишки биться чаще.
"Тоо-сан… ты этого не знаешь… и никогда не узнаешь. А он… Он принадлежит одному только мне".
* * *
Дыхание обожгло щеку, влажное прикосновения языка за ухом. Сначала Тетсу подумал, что это всего лишь отголоски сна. Лишь когда мальчик ощутил тяжесть чужого тела, он понял, что губы Хаято, его язык и руки вполне реальны. Брат ласкал его нежно, но настойчиво, спускаясь он шеи к груди… и еще ниже… и… Тетсу уже начал забываться, подчиняясь моментально нахлынувшему возбуждению. Тем более, с утра это было так естественно, так нужно…
- Стой! – опомнился вдруг он. – Какого черта ты делаешь?
Но Хаято посмотрел на него так соблазнительно, страстно и так требовательно, что Тетсу не смог сопротивляться. Он впился руками в волосы брата, с трудом сдерживаясь от стонов.
- Доброе утро, - улыбнулся Хаято, облизывая губы. – Ты не забыл, что сегодня первый день школы?
