– Я бы хотел послать официальный запрос на одного человека в систему Кавиаса.
– Это где?
– Далеко, очень далеко.
– Понятно, и ты хотел бы побыстрее получить ответ?
– Ты прямо мои мысли читаешь! Как можно скорее.
– Угу. Ладно, что с тобой поделаешь. Оформляй запрос, проводи оплату. И не забудь сделать пометку, что запрос для меня. Попробую пропихнуть твою бумагу пораньше.
– Спасибо, Хельга! Ты золотце, – Дюпон послал женщине воздушный поцелуй.
– Я знаю, – равнодушно отозвалась та. – Но ты за это не рассчитаешься.
– Сочтемся, – заверил он Хельгу. – Бумага сейчас придет. Пока.
Отключившись, Дюпон быстро заполнил стандартную форму запроса, оплатил заботы Скотленд-Ярда (везде бизнес, куда ни плюнь!) и, дописав в примечании сообщения «Для Хельги Ларссен», отправил его в Канцелярию Скотленд-Ярда.
Делать было больше нечего. Ответ мог поступить не раньше, чем через час-два (если Хельга пошевелится), а, возможно, только к ночи.
От нечего делать Дюпон прошел на кухню к пищевому автомату и сварил себе кофе.
Выйдя с чашкой дымящегося кофе на порог дома, он немного постоял, оглядываясь по сторонам, потом опустился на ступеньки и сделал несколько маленьких глотков. Кофе обжигал губы и раскаленными шариками скатывался по пищеводу в желудок.
Жара уже начала спадать, и на улицу высыпали ребятишки.
Одни гонялись друг за другом, другие катались на гравидосках, третьи, сидя на лавочках палисадников и ступеньках домов, как и сам Дюпон, увлеченно играли в видеоигры на своих инпах или просто болтали. Дюпон с умилением следил за галдящей и носящейся туда-сюда детворой, щурясь от солнца и глуповато улыбаясь.
В доме раздался вызов с консоли. Дюпон нехотя поднялся и вернулся в кабинет.
Звонила Эмили.
– Привет еще раз, Патрис, – сказала девушка. – Ты просил узнать насчет, – она чуть понизила голос и оглянулась через левое плечо, – отлучек шефа.
– Могла бы и из дома позвонить. Зачем рисковать лишний раз?
– У нас небольшой перерыв, никого нет. Ну вот, слушай, – она посмотрела куда-то вбок. – В интересующий тебя период Гройсс отлучался с Земли только один раз. Это было девятого мая. Маршрута у меня, конечно, нет, но, судя по оплате счетов за навигацию, портовые сборы и прочее, с двенадцатого по четырнадцатое мая его яхта была на Кавиасе. Ты записываешь?
– Запомню, – ответил ей Дюпон. – Это все?
– Да. Больше он никуда не летал. Все остальные его поездки были локальными, в пределах Европы.
– Спасибо, Эмили! Ты мне очень помогла, – рассыпался в благодарностях Дюпон. – Но ты все-таки поосторожней там.
– Само собой, – улыбнулась девушка, тронутая его заботой. – Пока!
– Пока, Эмили.
От звонка девушки на душе заметно потеплело.
Дюпон, допил кофе, отнес чашку на кухню и поднялся к себе в комнату.
Улегшись на кровать, он заложил руки за голову, закрыл глаза и предался отвлеченным размышлениям. Мысли текли неспешно и размеренно.
Незаметно для себя самого он уснул.
Дюпон проснулся от звука хлопнувшей двери. Сев в постели, он потер глаза и взглянул на часы. Те показывали двадцать минут восьмого. Зевнув, Дюпон поднялся с кровати, потянулся и вышел в коридор, почесывая отлежанный бок.
– Селин? – он постучал в дверь напротив. – Ты уже вернулась?
За дверью слышалось какое-то шевеление, но никто не отзывался.
– Селин, кончай дуться, – прислонившись к косяку и опять зевнув, произнес он. – Слышь, сестренка?
Ответа вновь не последовало.
– Ну и черт с тобой, дуйся, – равнодушно сказал Дюпон и направился на кухню.
Дверь в комнату сестры отворилась.
Дюпон обернулся через плечо, остановившись на пороге кухни. Селин, завернутая от подмышек до середины бедер в широкое махровое полотенце с цветочками, демонстративно не замечая брата и высоко вскинув подбородок, прошла в сторону ванной комнаты. Дюпон пожал плечами и вошел на кухню.
Приготовив себе картофель фри с ростбифом и большую чашку кофе, он уселся за обеденный стол у окна, окруженный тремя стульями, и принялся за еду.
Через десять минут, когда он уже почти покончил с поздним ужином, на кухню вошла Селин. На девушке был короткий домашний халатик белого цвета из синтетического шелка и пушистые тапки со смешными мышиными мордочками.
– Не надоело дуться? – поинтересовался Дюпон, прихлебывая из бокала.
– Отвяжись, – сквозь зубы прошипела Селин, задавая программу пищевому автомату.
– У тебя проблемы? – спросил Дюпон, научившийся за много лет определять по едва заметным оттенкам речи сестры ее душевное состояние.
– Говорю же: отвяжись! – резко, но беззлобно бросила ему девушка, продолжая стоять спиной к брату.
– Неудачное свидание? – не отставал тот, стараясь говорить нейтральным голосом. – Ну не верю я, что ты до сих пор дуешься из-за отчета.
Селин промолчала.
– А хочешь, я твоему верблюду рога посшибаю?
Девушка тихонько хихикнула, видимо, представив рогатого верблюда, которому сшибают рога.
– Не хочешь – пусть поживет пока с рогами. – Дюпон допил кофе, поставил чашку в посудомоечную машину и вышел из кухни, спустившись в свой кабинет.
Пока он спал, поступило сообщение – ответ с Кавиаса на его запрос. Сообщение ждало его уже почти час.
