Алексею с большим трудом удалось отучить его запускать на полную громкость русский шансон, курить в машине и добавлять «нах» через каждые два слова. Честно говоря, он бы Гришу уволил, если бы не его уникальное чутье на «пробки» в сочетании со знанием всех до единого закоулков Тель-Авива много лучше своих пяти пальцев. Гриша мог дать фору любому навигатору и точно рассчитать время прибытия из одной точки в другую в любое время суток! В их напряженной работе, когда необходимо совместить доставку одного больного на обследования с госпитализацией второго и выпиской третьего, — качество совершенно незаменимое. Поэтому Гришу приходилось терпеть, но Леша находился в перманентных поисках замены — все-таки криминальный аромат, окружавший Гришу, не мог быть таким терпким совершенно беспричинно…
— Алло, Алексей! Леша, вы меня слышите? — Инна запыхалась, голос звучал прерывисто.
— А? Да-да! — Леша стряхнул раздумья. — Отдайте ему саквояж, и пусть едет за мной.
— Окей. Тогда всё… — Голос звучал глуше, отстранение. — Я должна ключи найти в сумочке… попробуйте отыскать что-нибудь в женской сумочке…
— Инна! Подождите! — вскинулся Лешка, неизвестно почему пронеслась мысль о Сережке. «А вдруг?»
— Не надо! Не надо Грише за мной заезжать! — крикнул он в трубку. — Я сам поеду! Вы меня слышите?
— Слышу, Алексей, слышу хорошо, даже ключи перестала искать. — Недоумение звучало в ее голосе. — Гриша поедет сразу в Сде-Дов… — Помолчала немного: — У вас все в порядке, Алексей?
— Да, все в порядке, Инна, — ему стало неловко за свой выкрик. — Большое спасибо. Ночью вас будить не буду, позвоню завтра. Не забудьте про Левона!
— Не беспокойтесь, Алексей. Живым или мертвым!
— До свидания!
— Удачи вам, босс!
Как он и думал, Сережка ждал его в машине.
— Ну, привет, Романыч!
— Привет, Серый!
Они подмигнули друг другу.
— Давно тебя не видел.
Леша пристегнул ремень, пробежался по пульту сигнализации, нажал стартер. «БМВ-650» отозвался, как и должен отзываться холеный баварский зверь, — мощно, ровно и тихо.
— Давно тебя не видел, — повторил Леша.
Сережка неопределенно пожал плечами. Мол, как посмотреть!
Подземная парковка. Минус второй уровень. Шины повизгивают на выездной дорожке — круто водит хозяин. Да, круто! Потому и тачка такая. Открываются без задержки шлагбаумы. Тормознул на выезде, машина присела, качнув мордой. Никого? Темно-синий хищник взревел пещерно и помчал по пустой в этот час улице.
— Месяц — это давно? — снова пожал плечами. — А два? Два ореха — это кучка?
— Достал ты своими орехами! — фыркнул Леша. — Двадцать пять лет уже!
— Ладно тебе. — Сережка толкнул его кулаком в плечо. — Скажи, про моих что-нибудь знаешь?
— С нашей с тобой последней встречи ничего не изменилось…
Остановился резко на красный свет. Единственный светофор перед выездом из его переулка на главную улицу, но он всегда натыкался на долгий красный.
— А ты… — осторожно начал Леша, смотря прямо перед собой. — Ты сам никак… никак не можешь… к ним зайти?
— Нет, — отрезал Сережка. — Больше не спрашивай никогда. Только разозлишь…
Лешка зябко передернул плечами: холодом повеяло.
Сзади яростно загудели — зеленый!
Нажал на газ, повернул на трассу, заехал в автобусный «карман», остановился, включив «аварийку».
— Ладно, я пойду. — Сережка посмотрел на него, Лешка отвел взгляд. — Слушай внимательно, зачем я приходил… Всё, абсолютно всё, что предложит тебе Поплаков, очень серьезно! Ты должен принять его предложение. Оно имеет все шансы на успех. Не просто успех, а нереальный, космический взлет, понял?
Поджал губы, скривил лицо в своей коронной обаятельно-презрительной гримасе. Торговая марка «Сергей Лазари».
— Поплаков та еще птица… очень высокого полета. Самого высокого.
— Неужели? — недоверчиво покосился Леша.
Лазари только фыркнул: мол, сомневаешься в моих словах?
— Человек такого уровня, как Поплаков, не будет светиться перед каким-то… доктором. На деле мэр — всего лишь необходимое прикрытие.
Вокруг было пусто. Шуршание шин редких машин. Мерные щелчки аварийки, ритмичные желтые вспышки поворотников.
— Каким бы пьющим он ни был, остается человеком умным. Дальновидным и порядочным. Порядочным в рамках моего определения.
— Ага! — Леша кивнул.
Умный человек. С чувством меры. Порядочный, то есть тот, кто за мелкую выгоду большой подлости не сделает, — это определение родилось в застольной беседе Лазари, Леши и их друга, ортопеда Вадика Кутника. Впоследствии Лазари ненавязчиво потеснил их в сторону, оставив лишь одного автора — себя.
— Поэтому отнесись к его предложению серьезно. У вас с ним все выйдет наилучшим образом. Понял?
Лешка кивнул.
— Беседер…[6]
— Ладно, старик. — Сережка снова толкнул его кулаком в плечо, подмигнул. — Я пошел.
— Мотоцикл, как всегда, за углом? — ответ Леша знал заранее.
— Где же ему еще быть? — философски пожал плечами Сережка, распахнув дверцу и ступив одной ногой на тротуар. Повернулся к нему вполоборота, усмехнулся: — Конечно, ждет меня за углом.
Вышел, нырнул в густую ночь и исчез.
