– Задачей я себе поставил показать в красивейших образцах женских тел земного шара их фасцинативные детали и гармонию. Ножки, талию, грудь, ягодицы, золотое сечение фигуры, композицию всего этого в обаяние и сексапильность… Вот несравненная Мерилин Монро, первозданная. Самая её популярная, облетевшая весь мир фотография, где она, двадцатилетняя, лежит обнажённая на красном фоне. Изумительная свободная пластика девичьего тела. Присмотрись внимательнее. Дело не только в красоте тела и его изгибах. Казалось бы, куда уж эротичнее. Но вся прелесть фотографии этой заключена в целомудрии. Если так можно выразиться, она здесь – обнажённое целомудрие. Живая, трепетная с прекрасными пропорциями и удивительной пластикой изгибов, но эротики ровно столько, чтобы мужчина любовался, не превращаясь в скота. Дженифер Лопез безусловно идеальна. Но нет в ней этой мягкой эротичности, спортивно-холодновата, несмотря на отменные ягодицы. А вот посмотрим на наших шоу-див… Вот… Видишь, известнейшая эротичностью тела певичка, Наташа, не помню фамилию… ну неважно. Тело потрясающе сексуальное. Но при этом навязчиво источает свою предельную гормональность, так и просится выскочить из фотографии и прыгнуть постель.
Арбелин прогнал одно за другим тела певиц. Остановился.
– А вот эти? При всех приятных пропорциях, какая срамота в позах и изгибах! Всё тут уж точно рассчитано на скотство и похоть. Удивительно, но большинство девиц сцены стараются выставлять себя в позах обезьян периода течки, а не изящных телодвижений, как у Мерилин Монро. Одним словом, методом сравнения, вычислений и подгонок, мы с тобой найдем индекс чарующей фасцинации женского тела. Вот такую задачу я ставлю перед нашим проектом. Три года ждал свою Мерилин Монро для задуманной книги. Из тебя будем лепить точные иллюстрации.
– У меня мурашки по коже! – прошептала Альфа. – Смогу ли я, Юлиан Юрьевич? Задача-то небесная.
– Ты, именно ты и сможешь. В тебе всё есть для такого проекта. Я это понял из твоего танца. Ты поразительно пластична и артистична. Удивительно, что при таких телесных данных и таланте ты убереглась от подиума и кино, куда все девицы, во сто крат хуже тебя, безудержно прут косяками.
– У меня сберегающая интуиция исправно работает… А кроме того я с детских лет насмотрелась на всю эту срамоту, мамочка моя постаралась.
– Где она сейчас?
– В Штатах.
– Папа, папулечка, я с ЮЮ с ума сойду! Но от счастья. Знаешь, что он выдумал?
Истомин рассмеялся:
– Знаю.
– Уже знаешь? Откуда?
– Что-нибудь оригинальное и сводящее с ума.
– Точно! Он придумал издать книгу-альбом с полноцветными иллюстрациями под названием «Фасцинация женского тела».
– Очень интересно.
– Папочка, миленький, он хочет использовать меня в качестве фотомодели!
Тут Истомин не мог не выразить удивления:
– Фотомодели!? А как хромота?
– Он считает, что это ерунда. Не по стойке же смирно мне стоять. Главное – пластика, движение, фасцинирующие ракурсы. Папочка, об этом можно только мечтать. Я согласилась.
– А кто будет фотографировать?
– Он сам. Он и это умеет. Я посмотрела его фотографии. Некоторые просто изумительны, хоть в профессиональный фотожурнал посылай. Мы создадим небольшую студию. Поможешь?
– Какой разговор. Говорите, что надо. Наверняка разные осветители?
– Да, да, папа. Это моя мечта. Не в каких-нибудь агентствах сниматься, куда, помнищь, мама меня тащила, а для книги о фасцинации. Это мне понадобится, это тоже учёба. Я научусь конструированию истинной телесной фасцинации.
– Юлиан Юрьевич ерунды не предложит. Включайся и учись.
– Папа, я уверена, получится не книга, а сказка. И она будет нужна всем-всем, кто стремится к красоте и радости.
Через неделю студия была готова и, изрядно волнуясь, Арбелин с Альфой приступили к первым съёмкам.
Это была увлекательная и трудная работа. Одного только не учёл мудрый Учитель – что он мужчина, а Альфа прелестнейшая девушка двадцати двух лет от роду, и им никто не мешает не только работать, но быть абсолютно свободными в творческом поиске. А творчество обладает двумя фасцинациями – гипер захваченностью и безудержным воображением, отбрасывающим в сторону даже приличия и скромность. В творческой захваченности и культурнейшие художники способны матюгаться как извозчики, причём и от ошибок, и от радостных находок. «Ай, да сукин сын!» – ругнулся Пушкин, закончив «Бориса Годунова». Вполне возможно, что сказано было покрепче. Творчество – страстное и яростное состояние.
Арбелин крутил Альфу, отыскивая точную позу, Альфа стремительно меняла изгибы тела и мимику, это было похоже на пантомиму, перемежаемую восклицаниями, шутками, смехом и рычанием. Несколько раз Альфа была названа балдой, что её ужасно развеселило.
– Туповатая?
– Талантливо туповатая. – смеясь, поправил Арбелин. – Мгновенно исправляешься.
Первая их фотосессия была посвящена тренировке, подладке и копированию поз Мерилин Монро.
Нет, копирования не вышло, разной конструкции были тела Мерилин Монро и Альфы. Альфа это поняла.
– В следующий раз потренируемся на образе Брижит Бардо. С ней вы почти один к одному.
