Еще никогда дорога по улицам Пенхона не была столь трудной и длинной. В нашем возрасте не просто было обходить груды кирпича и битого стекла. К тому же иногда приходилось возвращаться обратно и делать крюк, потому, что улицу мог намертво перекрыть разрушенный дом или искусственно возведенная баррикада.
Но все же мы дошли до своего уютного дома, с которым сроднились за долгие годы, в стенах, которого вырастили детей и нянчили внуков. От ужаса увиденного я окаменел, а старуха и вовсе упала на четвереньки, замерев в беззвучном плаче. Бомба попала прямо внутрь особняка, и прочные стены буквально разметало по двору, как детский конструктор.
Пожар довершил остальное. Сарай с запасами, скотный двор, мастерская сына — все сгорело, остались лишь черные от копоти стены. Даже поле с горшками полными соевой пасты не пощадили захватчики, львиная доля с таким трудом приготовленного деликатеса теперь могла лишь послужить удобрением. Хотя какое из пасты удобрение, мы ведь крепко ее посолили, получается, даже огород стал солончаком?
— Отец, мама — нас окликнул старший сын со снохой.
— Сын, а где внуки?
— Мы оставили их с тетей Ли в бомбоубежище, а сами поспешили на ваши поиски. Как вы, как ваше здоровье?
— Все хорошо, люди господина позаботились о нас.
— Пап, мам мы хотели просить вас эвакуироваться, надо спасать детей.
— Сынок, а как же долг перед кланом?, что ты слышал о младшем?
— Пап он в одном из фортов, и я тоже записался в ополчение, даст боги, попаду на службу поближе к нему. Но вам с детьми нужно уезжать, Пенхону конец.
— Не смей так говорить, сотни лет захватчики проверяли цитадель на прочность, и где они?
— И все же папа, я прошу тебя ради внуков.
— Старый, сын прав, если мы хотим, чтобы род жил и продолжал служить господину, надо спасать детей.
— А если ты со снохой?
— Куда нам, я из Пенхона-то последний раз выезжала лет двадцать назад, нас ограбят и выкинут на улицу. Да и нельзя молодухе одной без защиты мужчины рода.
— Пап соглашайся, долг семьи выполнят твои сыновья, но род не должен сгинуть.
— Хорошо. Мы покинем город. Сын если все будет удачно, я остановлюсь у старого друга в Кенгидоне, ты знаешь, где нас искать, и младшему предай. Когда все закончится… мы будем вас ждать, столько сколько нужно.
Расположение кондотты Рутгера фон Блюма, первая линия обороны Чеболя Пенхва.
Мы продержались дольше всех. Уже давно сметены позиции соседей слева и справа. И только вкруговую построенная сеть окопов и подземных переходов позволяет нам не сдавать позиции. Командир вначале держал роту на основном направлении и четыре взвода в резерве. Потом, когда мы отразили третью атаку танков, нас осталось чуть меньше сотни, и Фон Блюм приказал отступить на вершину холма.
На новой позиции мы выдержали еще две атаки. Танкам было довольно трудно подниматься вверх по холму и одновременно направлять дула орудия и пулеметов на окопы. Поэтому ПТРК и противотанковые ружья хоть и с трудом, но остановили врага. Но на смену гусеничным машинам пришли двуногие. Громыхая броней, с огромной для такого оружия скоростью холм атаковали тяжи Чинхва.
Огонь скоростных пушек, крупнокалиберных пулеметов просто не давал бойцам поднять головы, за стальными монстрами шли их младшие братья в экзоскелетах. Если бойцу в таком снаряжении удавалось проникнуть в линию окоп,… Мы потеряли еще две трети людей. С жалкими остатками кондотты обороняться дальше не имело смысла, да и долг перед нанимателем отряд полностью выполнил.
Командир приказал уходить, и лично прикрывал три десятка оставшихся бойцов от непрекращающихся атак. Мастер земли, на поле боя. Это было прекрасное и одновременно страшно зрелище. Но сегодня силы были не на стороне древней магии, современное оружие неумолимо брало верх. Позицию Рутгера фон Блюма скрыли взрывы бомб и ракет. Смерть неслась в нашего командира отовсюду. Эти азиаты перестали бояться высокоранговых магов! Сосредоточенным огнем они просто не давали ему шанса ответить. А потом и вовсе взломали оборону мага.
Оставить командира кондотта так и не смогла. Ползком пара смельчаков вытащила потерявшего сознание фон Блюма из-под огня врага, и мы растворились в лабиринте переходов, который так не хотели копать еще несколько дней назад. Один из лазов вел на позиции соседей. Тех давно выбили, и сейчас там царила смерть и запустение.
Отряд остановился передохнуть и посовещаться. С раненым командиром на руках и речи не было о прорыве в Пенхон. Но, что делать дальше? Так и не найдя разумного выхода, кондотта решила дождаться ночи, а там попытаться пробраться к своим. Солдаты замаскировались как смогли и, перекусив скромными запасами, затихли в тревожном ожидании.
Группа войск Север, Союз Кланов.
— Командир, разрешите взглянуть на бастионы поближе?
— Пахомыч отстань, господин сказал, не лезть никуда, а ты опять за старое.
— Да там никакой опасности, просто прогуляюсь до позиций наемников. А вдруг появяться идеи насчет бастионов?
