К тому времени я и Алекандр Иванович были без сознания, а в живых осталось всего пять поморов, остальные погибли от взрыва. Капитана поморов спас его щит, а меня реакция и доспех принявший на себя львиную долю осколков, но того, что прилетело вполне хватало, чтобы, вырубить меня на некоторое время. А наемников в траншею ввалилось около двух десятков.
— Давайте с нами, мы будем прорываться вон в тот форт.
— У нас двое раненых, — буркнул Пахомыч.
— У нас тоже трое, если, что поможем, — как назло согласился наемник, лучше бы он поспорил и оставил нас в окопе, но чертово братство кондотьеров не позволило парню оставить нас в «беде». Пахомычу ничего не оставалось, как принять так великодушно предложенную помощь. Иначе могли возникнуть ненужные подозрения, а решить дело оружием в тесном окопе не заняло бы у матерых бойцов и минуты.
Кап… кап… кап… Откуда здесь вода? Кто-то не закрыл до конца кран? Вокруг кирпичные стены, без намека на штукатурку. Модный нынче стиль лофт. Неужели я в баре. Стоп!
— Где я?
— Тише, тише …, — помор прижал палец к губам, делая непонятные жесты и активно кося глазами в разные стороны.
— Александр Иванович, что случилось?
— Валера, — на русском обратился ко мне помор, — мы спаслись, отряд в Форте Пенхва!
Твою-то мать. Каким боком нас сюда занесло? Подобрали после взрыва? Не суть важно, судя по фразе Александра Ивановича мы здесь на правах наемного отряда. В принципе хорошая версия. Заметного количества русских в составе Союза кланов нет, а вот у Пенхва, в последнее время появились наемники со всего мира. Одеты и вооружены мы на первый взгляд стандартно, если не считать моих ножей, но меня, по-видимому, не стали тщательно обыскивать. А вот пистолетов и гранат нет.
Так в довольно мрачном, сыром каземате набилось около сорока человек. Много, непривычно много европейцев. Сборная солянка прорвавшихся наемников. Все безоружны, по крайней мере, винтовок или пистолетов не видно. У многих солдат пустые кобуры на поясах и ножны без традиционных кинжалов. Скорее всего, беженцам еще предстоит проверка. Логично.
Однако судя по басам пушек и уханью минометов защитникам форта сейчас совсем не до нас. Чинхва штурмуют крепость, и возможно мое исчезновение ускорило начало боевых действий. Надо, что-то срочно решать, взять бастион такой мощи с наскока не удастся. Скоро в атаке возникнет неизбежная пауза, и Пенхва вернутся к решению нашего вопроса. Тем более им сейчас нужен каждый солдат. Только вот боюсь, наспех сляпанная легенда более вдумчивой проверки не выдержит. Удивительно, что не вычислили сразу, возможно сыграла роль общая неразбериха и атака.
— Александр Иванович, прикидывали, что будем делать дальше?
— Надо уходить.
— Эти откуда?
— Они подобрали нас, когда отступали. Мы с вами были без сознания, Пахомычу пришлось согласиться.
— Что по оружию?
— Огнестрел весь забрали, холодное — только то, что на виду.***
— Эй, вы чего там шепчетесь? — на чистейшем русском спросил наемник чужого отряда
— Твое какое дело? — встрял один из поморов.
— А, что-то я не видел русских наемников на нашей стороне, откуда вас занесло?
— Милош, чего пристал к людям? — на немецком спросил вопрошавшего нас славянина высокий немец.
— Я слышал, о чем они говорят, и, сдается мне, это солдаты с другой стороны.
— Русский, что скажешь на это? — немец вперил свой взгляд в Александра Ивановича.
Я с поморами был уже на ногах, и мы тесной группой занимали один из концов небольшой, для почти четырех десятков взрослых мужчин, комнаты. Кластеры заработали в полную мощь. Попробовать договориться? Не получиться, эти явно уперто выполняли свой долг, раз ушли с позиций так поздно. Бой? Семеро против двадцати девяти. Здесь тесно и это мне на пользу. Одна проблема, если среди них есть одаренные. Но Иванович у нас учитель, если, что прикроет.
И я, не прислушиваясь к начавшейся перепалке, и даже не предупреждая кого-то из своих, выпустил наружу кровавые цепи. Работу нужно было сделать быстро и максимально бесшумно, поэтому поморы даже мешали мне. Неодаренные, в бою на ножах мне не соперники, вопрос сейчас лишь в сроке, за который я успею прикончить всех.
Дальнейшая схватка, нет бойня, заняла чуть больше минуты. Каждый поворот моего тела, каждое движение кистей, направлявших цепи заканчивались смертельным хрипом несчастных. Я лишь успевал подмечать, немногих пытавшихся броситься за помощью к дверям или крикунов. Их убивал в первую очередь.
Когда все закончилось, моя одежда, открытые участки кожи, лица, волосы, все было покрыто липкой коркой свертывающейся крови. В зале остались лишь поморы, которые вроде как успели расправиться с парой наемников, а сейчас остолбенело смотрели на меня.
— Господин, с вами все в порядке? — без обычной иронии спросил Александр Иванович.
— Хорошо все, буркнул я, — еще не отойдя от произошедшего.
— Вот и ладушки, а то я чуть в штаны пару кирпичей не отложил, когда вы к нам повернулись, — как всегда предельно откровенно прокомментировал Пахомыч, — подумал щас вы и нас того.
