Он одурел от бессоницы, от грязи, от боя, от неизвестности... Но...
В ночном бою погибли четыре сотрудника дагестанского СОБРа. Мужественные парни выполнили свой долг. Еще вчера они искренне возмущались тем, что на дагестанской земле им не дают возможности свести счеты с террористами, посягнувшими на жизнь их земляков. В бой они шли с открытыми чистыми лицами и святыми помыслами.
Тела двоих удалось вывезти только после взятия Первомайского.
Ясно, что сегодня ничего не будет. Только артобстрел.
Командиры спецподразделений ФСБ в неудобных позах спят в автобусах. Неожиданность: мой коллега из местного управлния договорился о ночлеге в одном из ближайших домов.
Приглашаю генералов. Сонные, они движутся за мной на «автопилоте» и только в доме приходят в себя. Кое-как ужинаем, устраиваемся на ночлег. Предусмотрительно открываем штору - видно, что происходит на улице.
Около часа ночи прямо под нашими окнами начинается стрельба. Занимаем позиции, оружие на изготовку.
Стрельба усиливается. Где-то совсем рядом ухает гранатомет.
- Вызывай подкрепление, - командует начальник штаба Антитеррористического центра.
Через десять минут под прикрытием БРДМа мы покидаем неудачное место ночлега.
Нет ничего более опасного, чем неразбериха ночного боя.
Правильно говорят, что ночью все кошки серы. Где свои, где чужие? Никто с уверенностью сказать не может.
Главное, не метаться в бессмысленном стремлении сразу получить исчерпывающую информацию. Постепенно все приходит в норму. Ясно, что кто-то пытался отвлечь наши силы от главной позиции боевиков, где ночью начался прорыв.
Утром картина проясняется. Потери: подбитая БМП, убиты два сотрудника милиции, разворочена милицейская машина. Невероятно: в автобус влетела через заднее и вылетела через переднее стекло граната из гранатомета. Она не задела ни единой металлической части. Что стало бы с автобусом, а может, со всей колонной, если бы она взорвалась в салоне с боеприпасами!
Нервничает Голубец:
«...мне сказали, что президент ждет, все ждут, откладывать нельзя, за ночь мы ничего переделать и организовать другую операцию не сможем. Поэтому я стал выполнять этот план, чтобы взять село штурмом с минимальными потерями. Когда я прибыл на позиции, сотрудники были голодные, мокрые, деморализованные. Даже во время войны солдат, которые были в непосредственном соприкосновении с противником, для атаки не использовали. Использовали свежие силы, а если такой вариант все же использовался, то их бросали на слабый участок, на второстепенное направление на узком участке или же для отвлекающих действий.
Здесь же их послали в лоб через два арыка, на неподавленную оборону противника. Огонь артиллерии, который велся, был огонь на изнурение. Мы им покоя не давали, но и урона им не наносили.
Потом, в ночь на 18 января 1996 года, я, оставив посты наблюдения, секреты, вывел людей, посадил их в автобусы, накормил горячей пищей. В это время около 1 часа ночи, насколько я помню, со стороны Советского на помощь Радуеву стали прорываться боевики, человек 60, тогда мы развернулись и отбили их атаку. Руководство, поняв, что идет бой, решило, что боевики хотят прорваться с юга. Они у меня двоих ранили в автобусах и одного убили. В это время посты наблюдения мне сообщают, что Салман Радуев прорывается, но не на моем направлении, а в сторону Чечни. Их сдерживали десантники, и мы помогали огнем артиллерии, часть боевиков погибла при прорыве, но Радуеву и части боевиков удалось прорваться в Чечню. Специально никаких «коридоров» для ухода Радуева не было».
«В ночь с 17 на 18 января со стороны села Советского была предпринята атака боевиков незаконных вооруженных формирований с целью деблокирования бандитов Радуева, но действиями федеральных войск она была отбита.
Около 3 часов 40 минут 18 января 1996 года боевики с заложниками, которые на носилках несли раненых чеченцев, на участке прорыва шириной 150 метров нанесли массированный удар из тяжелого вооружения по оборонительным рубежам группы войсковой части 11659, прорвали кольцо окружения в направлении дюкера.
Из группы, прикрывавшей участок прорыва, в ходе боя были убиты полковник Стыцина, капитан Косачев, лейтенанты Винокуров и Козлов, сержант Бычков, тяжело ранены старшие лейтенанты Зарипов и Харин. На занимаемой группой позиции из-за разветвленной системы арыков не было бронетехники. Из боевого охранения, прикрывавшего тыл группы, 3 военнослужащих также получили ранения. Вслед уходящей банде был открыт массированный огонь. Боевиками на территорию Чечни были выведены 64 заложника, в числе которых 5 женщин, 3 детей и 17 сотрудников Новосибирского УВД.
В процессе проводимой с 15 по 18 января 1996 года операции по освобождению заложников и ликвидации банды было освобождено 65 заложников, из них 8 женщин и 5 детей. Из числа заложников в селении Первомайском погибли 15 человек, телесные повреждения различной степени тяжести получили 74 человека, из них огнестрельные и осколочные ранения - 35 человек, контузии - 16 человек и иные телесные повреждения - 23 человека.
