Снова раздался шорох. Шорох, а затем скрип. Правда, звук шел не от ее окна, а от соседнего. Из-под приоткрывшейся фрамуги выглянула девочка — Анна. Что она делает?
Мужчина завороженно ждал, что будет дальше. Девочка исчезла, и окно вновь закрылось. Через несколько минут щелкнула входная дверь. Анна выскользнула на улицу и быстро перебежала на другую сторону.
Он вздрогнул. Она бежит к нему! Девочка стояла прямо под деревом, на котором затаился незнакомец. Затаился и ждал. Анна тоже ждала. Чего? Или кого?
Распахнулась другая дверь — в доме напротив. К Анне подбежал мальчик, Генри Крейтон. Дети зашептались, потом дружно повернулись и пошли по улице. Только сейчас на спине у Анны мужчина заметил плотно набитый рюкзачок. Она сбежала из дому! Вот оно что! Наблюдателя осенило. Да, он собирался убить Лору Сетон, но почему бы сначала не убить ее дитя?
Воскресенье — понедельник, 14–15 мая
Настольная лампа отбрасывала желтоватые тени на черно-белые страницы записной книжки. Келли писала — черной ручкой по белой бумаге. В ушах у нее звучал Вивальди. Плейер — идеальный выход. И самой спокойно, и другим музыка не мешает.
Ручка двигалась от строчки к строчке, все быстрее и быстрее. Келли писала о показаниях, основанных на увиденном. Она знала по меньшей мере два случая ошибочной идентификации по таким показаниям: психолога обвинили в изнасиловании (как впоследствии выяснилось, он был невиновен), еще как-то опознали покупателя билетов, к преступлению отношения не имеющего. Келли решила описать классические случаи, а уж потом привести собственное исследование.
Кассета кончилась. Она взглянула на часы. Надо же! Уже почти час ночи! Как время летит… Она сняла наушники. В доме царила полная тишина. Анна, наверное, десятый сон видит. Келли собрала разрозненные листки в одну стопку, еще раз просмотрела написанное и осталась вполне довольна. Да, поработала она сегодня на славу.
В ванной Келли умылась и почистила зубы. Мятная паста заглушила терпкий привкус кофе. Потом намазала лицо кремом, слегка массируя нежную кожу. Давненько она не разглядывала себя в зеркало. Между бровями пролегла новая морщинка. Она-то думала, что все в порядке… Увы, лицо выдавало скрытые переживания.
Келли закрутила кран и пошла в комнату дочери — проведать, укрыть непоседу одеялом.
Но нет, девочка спала на редкость спокойно, да и в одеяло закуталась с ног до головы. Келли наклонилась к дочери, хотела погладить по голове, но руки утонули в нагромождении подушек и плюшевых животных.
Не понимая еще, что случилось, Келли сдернула одеяло и с ужасом уставилась на пустую кровать. Выбежав из комнаты, она рванулась в ванную. Пусто.
Анны нет.
— Анна? Анна!
Может, она вниз пошла? Проснулась, захотела поесть… Женщина стремглав сбежала вниз.
— Анна?
В кухне тоже никого.
Келли обежала весь дом. Этого не может быть. Не может быть! Она вернулась в комнату дочери, пошарила в пустой постели, распахнула шкаф, заглянула под стол…
Думай. Думай!
Спустилась в подвал. Нет, ничего. Номер полицейского участка она наизусть не помнила, пришлось посмотреть в записной книжке.
На том конце трубку сняли после второго гудка:
— Полиция Меррита.
Келли почувствовала, как внутри у нее что-то оборвалось.
— Моя дочь… Моя дочь пропала.
Автобус до Бостона уходил в четыре утра, хорошо бы на него успеть. Когда родители обнаружат, что их нет, беглецы уже будут далеко.
— А что, если они позвонят на автобусную станцию? — спросила Анна.
Генри ответил, что все обойдется. В такое время нормальные люди, включая родителей, спят.
Надо добраться до автобуса. Они шли уже полчаса, и ноги у девочки начали побаливать.
— Долго еще? — поинтересовалась она.
— Мили две, — пожал плечами мальчик. Далековато. Странно идти по городу одним, да еще ночью. В центре Меррита им не встретилось ни одной машины. В окне книжного магазина спал большой полосатый кот. Его звали Себастьян.
— Прощай, Себастьян, — шепнула Анна тихо, чтобы Генри не услышал.
С собой девочка взяла две смены белья и все сбережения — пятьдесят семь долларов. У ее друга было немногим больше. На эти деньги они рассчитывали добраться до Бостона, есть и ходить в кино. Генри сказал, что в городе наверняка найдутся ночлежки для бездомных детей.
