Тусклый луч луны осветил девушку, задремавшую на берегу. Каштановые локоны разметались по песку, на губах играет улыбка. Она видит сон. Слышит голос:
Голос ей знаком, она готова слушать его вечно, потому что любит…
Но вот в её чудесном сне всё изменилось. Ветер. Холодный, безжалостный ветер гонит тучи над Утёсом предков. Мама бледна, словно смерть, в глазах отца разочарование.
Она вскочила, стараясь унять бешено рвущееся из груди сердце. Руки обняли шершавый ствол дерева, ища поддержки и утешения. Мир вокруг медленно просыпался. Вдалеке темнели горы – мрачные, неприветливые. По обеим сторонам реки пылали кроваво-красные цветы. Их чашечки пока плотно закрыты, а это значит, ненавистная пыльца спит внутри. Солнце нагреет воздух, и она проснётся.
Её опять клонило в сон, и когда она поняла, что сопротивляться нет сил – сгребла несколько белых камушков и выложила на песке:
РОЛЬФ
…
Сердце принца изнывало от боли. Кости погибших драконов – не самое вдохновляющее зрелище…
- Спят они! Спят, спят!
Старик вырос, словно из-под земли! Он что, читает его мысли? Единственный обитатель этого странного, смертельно опасного для драконов места, судя по всему, лишился рассудка. При этом аура старика не оставляла сомнений в том, что зельевар – дракон. Очень сильный дракон. Ни у кого, включая представителей королевской крови, такого мощного магического свечения Рольф прежде не видел…
- Туда, туда смотри, туда! - Цепкие пальцы старика вцепились в плечо, свободной же рукой он схватил принца за волосы и дёрнул вниз – так, чтобы тот задрал голову к небу. – Красный цветок в созвездии эльфова улья! Видишь? Видишь?!
- Ай… Отпустите, пожа…луйста! Какой цветок? Какие эльфы?
Старик не слушал. Бормоча какие-то заклинания, он принялся перебирать висящие на поясе пузырьки. Рольф, потирая шею (и откуда только столько силы в высохшем, что твой осенний лист тельце этого аборигена?), не сводил глаз с подрагивающих в такт бормотанию пальцев мага. Маг что-то искал.
У заклинаний был узнаваемый ритм. Насколько Рольф мог судить, это что-то из магии трансформаций, вот только на каком языке, определить не решался.
- Какие эльфы? Злые! Букашки-таракашки! Жучки-паучки. Бабочки-стрекозки. Красный цветок – ядовитый. Разум туманит, смерть несёт!
Принц не слушал. Он думал о том, как найти Стефани. За это время с ней могло случиться все, что угодно. Сам он уже успел наткнуться на сумасшедшего и увидеть груду костей, значит - дорога каждая минута…
- Пей!
Рольф смотрел на пузатую склянку, которая выглядела так, будто её только что обнаружили в ходе уникальных раскопок. Ярко-синяя звёздочка призывно поблёскивала за стеклом, но принц не спешил поддаваться соблазну.
Кто знает, что там? И не старик ли упёк несчастных, чьи белые кости мерцают в расщелине, купаясь в лунном свете?
- Синенькую, синенькую надо теперь. Ага. Давай, давай! Синенькую. Самое время, пока красный цветок в улье эльфов… На небо смотри, на небо! Красную звезду видишь? Сейчас начнётся, сейчас, - старик раскрыл чёрную от грязи (когда этот субъект мылся в последний раз, принц даже предположить боялся) ладонь, и, ловко перехватив пальцами ещё одну точно такую же склянку, демонстративно опрокинул в себя.
Рольф поднёс зелье к губам. Старик удовлетворённо кивнул, но как только он отвлёкся на своё варево (источающее, к слову сказать, настолько отвратительный запах, что…), принц спрятал склянку в карман.
Не сейчас. Сперва он найдет Стефани, а уж потом разберется и со стариком, и с эльфами.
Ночь была прохладной и тёмной, звёзды, завораживая, сияли над головой. Рольф не знал ни одного созвездия этого мира. Там, в непроглядной густой тьме распускались алые цветы, в чашечках которых спали крошечные существа. Их прозрачные крылья трепетали, орошая небо звёздной пылью, а сны крошечных эльфов были светлы и радостны. Откуда он это знает? Не важно. Какая разница? Главное, на сердце легко. Так легко, как никогда ещё не было в его непростой жизни, так зачем вспоминать?
Когда принц очнулся, солнце сияло вовсю! Он остался человеком и чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Вот только в голове все перепуталось…
Он помнил ночь. Звёзды. И…
- Стефани! Мне… Я должен ее найти!
Он вскочил и тут же рухнул обратно – ноги стянуты ремнями, рукава рубашки залиты кровью…
- Что происходит? – Взвыл принц, и его голос эхом поплыл над горными вершинами уже, пожалуй, ненавистного им мира.
Кладбище драконов. Стефани – неизвестно где. А тут ещё этот ненормальный взялся над ним опыты ставить? Взгляд принца упал на плоский камень. Стройными рядами на нем выстроились склянки, полные драконьей крови. Его крови, скорее всего.
Зачем старику столько? Зелье варить? Какое?
Не удивительно, что кружится голова…
