– Капитан! – поприветствовал Умник и запустил процесс транспортировки. За четыре ходки я смог натаскать достаточно Эло не только для носорога, но и для змейки. Техник тут же начал реанимацию поврежденных узлов корабля. Конечно, после перерождения корабль все равно восстановится, но позволять команде отдыхать было не в моих правила. Пусть занимаются делом.
Себе я оставил самое важное – разобраться, что случилось с буфониданцами. Настырная Кваа-ка не отставала от меня ни на шаг, следуя повсюду, но на все вопросы о судьбе предыдущего хозяина отвечала одинаково: он погиб и не сможет помешать служить мне.
Добравшись до капитанского мостика, я на время завис – двери не было. К тому же альбенда, как и кламир, была обесточена. По указке Умника я вставил блок Эло в приемник, запитывая только компьютер, но энергия улетела в ноль за мгновение. Следующий блок постигла та же судьба. И следующий. После глупой потери пятого накопителя стало понятно, что что-то тут не так.
– Умник?
– Произвожу анализ, – ответил корабль. – Но прежде, капитан, дайте оценку необходимости реанимации альбенды.
– Да она мне вообще без надобности.
– Рекомендуется любым способом извлечь накопитель данных и перенести на кламир. Дешифровка потребует времени.
Кваа-ка отпрыгнула и испуганно закричала, когда с моей помощью сломалась панель управления. Вырвав ее с корнем и разорвав с десятку оплеток проводов, я добрался до центрального процессора. Техник презрительно фыркнул, увидев такую древность. Обозвав альбенду музейным экспонатом, он указал на накопитель данных – небольшую коробку, окутанную проводами и мягким изолятором, чтобы никакая вибрация не навредила мозгу корабля.
– Что мой повелитель делает? – жаба продолжила за мной прыгать даже после акта вандализма.
– Мародерствует. Я пират, – попробовал я развеять геройский ореол в ее глазах, но лишь усугубил и без того незавидное положение. Кваа-ка вновь кинулась на меня, заключив в объятья.
– Повелитель! Ты – великий воин! Я рожу тебе армию детей, и ты покоришь Галактиону! Станешь сильным и тебя будут все бояться!
Жаба таскалась за мной везде, даже на кламир сумела пробраться. Отдав технику накопители, я уселся в кресло, стараясь отвлечься хоть на минуту. Надоело слушать одно и то же.
– Пс-с! Кэп, – тихо позвал меня техник. – Посмотри сюда, Умник тебе покажет, куда делась команда альбенды.
На одном из внутренних экранов появилось видео. Привычные для нашего сектора Галактионы квалианцы. Они заперлись в капитанской рубке. Последние из десяти оставшихся в живых членов огромного корабля. Они нацелили бластеры на дверь. Смена картинки и вид с другой камеры. Моя знакомая Кваа-ка скребется внутрь, оставляя на двери глубокие борозды. В какой-то момент дверь не выдержала. Стало слишком ярко от выстрелов, но они не причиняли Кваа-ке никакого вреда. Жаба продралась сквозь рваный металл и набросилась на квалианцев, пожирая их за два-три укуса.
Неожиданно раздалась фраза на общем языке:
– Повелитель узнал о маленькой слабости Кваа-ка? Жаль… Придется ждать нового повелителя.
Жаба открыла рот, наполненный страшной тьмой, и прыгнула в мою сторону.
Вот и заводи себе после этого рабынь.
Усмирители скользнули в руки, и я направил их на летящее существо. Успел. В самый последний момент. Движением больше рефлексивным, чем осознанным. Зависшая буфониданка в ответ выстрелила языком и обвила им вокруг шеи. Как же хорошо, что между мной и противным слюнявым органом есть бронекостюм. Его жаба продавить не смогла.
— Кэп, не могу в нее попасть! Она слишком близко от тебя! – заволновался техник.
— Погоди стрелять. Спроси у Умника, буфониданцы могут выжить в открытом космосе? – спросил я. Моя тревога сменилась спокойствием. Это неизвестность пугает и заставляет учащаться пульс, а когда противник определен и стоит перед тобой, все становится проще. Вот он — враг, и его нужно уничтожить.
– Не больше, чем другие разумные расы. Десять-пятнадцать секунд, и оно сдохнет.
– Делайте дыру, – приказал я и, прихватив с собой Кваа-ку, покинул кламир. Умник так спешил избавиться от опасного пассажира, что дыра появилась почти у меня под ногами.
Оказавшись в вязком суфле, несостоявшаяся рабыня заскребла лапами себе по горлу, будто хотела обнажить нутро. Язык, наконец-то, соскользнул с меня, но скрыться во рту не успел — лед мгновенно его сковал. Глаза Кваа-ки вспучились, наливаясь мутной жидкостью. Казалось, вот-вот они взорвутся. Чтобы не испачкаться, я пнул подальше от себя буфониданку. Зеленое тело конвульсивно дернулось один раз и замерло. Вот и все.
Развернувшись к кораблю, я за пару гребков добрался до него, но Умник не спешил впускать меня обратно. Корпус оставался непроницаем. Занеся кулак для стука, я едва не обделался, когда в корабле появились дула лучевых пушек, и две плазменные очереди прошли в паре сантиметров от меня, опалив по бокам бронекостюм.
