«В этом деле мне пытался помешать барон Штальберг, но и он теперь находится в моих руках, — продолжал благодушествовать Аристарх, попивая вино. — Чуть раньше я вместе с Федькой Ножом побывал у него в доме, в его личных апартаментах, и там отыскал папку с важными документами, в которой ему были даны определенные инструкции в отношении меня. Она лежала на его письменном столе вместе с другой папкой, просмотреть которую я не успел… Нагрянули его слуги! Но вряд ли теперь барону удастся выполнить данные ему инструкции! Он либо будет играть за меня, по моим правилам, либо… я просто его прикончу!»
— Федька, наливай! О, да ты, как я погляжу, совсем окосел… Тогда я сам себе налью! Выпьем за успех нашего безнадежного предприятия! — произнес Аристарх Губельт, но донести рюмку до рта не успел. Сделать это ему помешали звуки выстрелов и испуганные женские крики со стороны улицы. — Что такое? Опять преграды? Я смету их все! — яростно заорал Черный плащ, выхватывая из ножен длинную шпагу. Но тут же, несколько протрезвев, он одумался, сказав себе: «Нет, пускай здесь дерутся федькины петухи, а я вместе со своими пленниками еще успею удрать. Мой экипаж ждет меня на заднем дворе…»
На этот раз Распорядитель ворвался в кабинет канцлера без предупреждения и обычных правил этикета.
— Это что такое?! — возвысил голос граф Бестужев-Рюмин, отрываясь от «решения важных государственных дел», хотя всего лишь раскладывал пасьянс между разбросанными на столе самыми разными документами.
— Прошу меня извинить, ваша светлость, но за вами прислали! Вас срочно требует во дворец государыня императрица!
— И что в этом особенного?.. — пожал плечами всемогущий канцлер, незаметно смахивая игральные карты в открытый ящик стола. — Разве ты к этому еще не привык?
— Да, ваша светлость! Но государыня в гневе! Она просто рвет и мечет! — предупредил Распорядитель.
— Кажется, я догадываюсь о причине ее гнева… Но что же сталось с Экзорцистом? — подумал вслух канцлер. — Боюсь, что тьма египетская на сей раз одолела свет Солнца, а Зло взяло вверх над Добром… Одеваться! — приказал он Распорядителю. — И сразу поставь меня в известность, как только Экзорцист даст о себе знать! — вскочив с кресла, приказал канцлер. С собой в Зимний он решил захватить папку с отчетом о проделанной работе по «семейному делу фельдмаршала Головина».
Императрица в приемном покое была не одна. И это с неудовольствием отметил для себя граф Алексей Петрович. Она беседовала с лейб-медиком Лестоком, от которого канцлер для собственной персоны не ждал ничего приятного. «Ну, конечно! Вот кто всячески порочит меня в глазах ее величества!» — подумал он, раскланиваясь перед императрицей. И только теперь приметил фигурку плачущей дамы в уголке огромной залы.
Увидев входящего канцлера, ее величество раздраженно вопросила:
— За разговорами о важных делах, вы, граф, совсем запамятовали о порученном деле! И вот результат ваших проволочек и необязательности, — императрица ткнула пальцем в неизвестную канцлеру даму. — Это, да будет вам известно, урожденная графиня Головина Наталья Николаевна! У нее похитили дочь, принцессу Екатерину Голштейн-Бекскую, такую милую девочку!.. Ну, граф, что вы скажете теперь в свое оправдание?
— Ваше величество! — набрав побольше воздуха в легкие, зачастил канцлер. — Это дело оказалось совсем не таким простым, как думалось в самом начале. Должен заметить, что им занимаются мои самые лучшие и надежные люди. Но, к прискорбию, мы имеем дело с очень серьезной противодействующей силой, которая поддерживается весьма опасными противниками России, находящимися за рубежом. Дело это связано со шпионажем в пользу…
— Ах, оставьте! — вскричала императрица, не выдержав канцлерского многословия. — Что вами предпринято по этому делу конкретно? — разделяя каждое слово, весомо спросила императрица.
— Вот отчет о проделанной работе, — показал граф красную папку с ленточкой. — Здесь сказано, что мои дознаватели вышли на важного государственного преступника по имени Аристарх Губельт. Это очень опасный человек! В папке содержатся все материалы о его преступной деятельности как в отношении семьи графа Головина, так и в отношении нашей государственной безопасности в целом.
— Значит, вы до всего дознались, все проверили, — иронически глядя на канцлера, произнесла Елизавета Петровна. — Почему же тогда этот государственный преступник, этот Губельт все еще на свободе?
— Он очень силен и изворотлив, ваше величество. Это сущий дьявол. Мы расставили на него свои сети, но он сумел ускользнуть, захватив с собой пленников. Нами уже задержан атаман разбойников по прозвищу Нож и многие его подельники. Сейчас их допрашивают в Тайной канцелярии. Сам же Аристарх Губельт, как я сказал, сумел уйти. Думаю, он сделает все, чтобы укрыться за границей. Но мы этого ему не позволим…
