Старый большевик В. Трифонов, тесно связанный с троцкистами, в 1922 году возглавил «Нефтесиндикат»; старый большевик Г. Каминский в том же году возглавил «Хлебоцентр»; старый большевик Г. Ломов-Оппоков в 1923 году возглавил «Нефтесиндикат», потом «Донуголь»; старый большевик и хороший знакомый Троцкого А. Серебровский возглавил «Азнефть», потом «Нефтесиндикат», потом «Союззолото»; А. Халатов в 1923 году — «Народное питание»; И. Косиор в 1926 году — трест «Югосталь»…
Главконцесском.
Виднейшие троцкисты возглавили и центральное капиталистическое предприятие нэповской России — учреждённый в 1923 году Главконцесском, которому было дано монопольное право на предоставление концессий зарубежным фирмам. Первым руководителем Главконцесскома стал ближайший соратник Троцкого Пятаков, а его заместителем — А. Иоффе. В 1925 году Пятакова на посту председателя Главконцесскома сменил сам Троцкий, а того, после изгнания из СССР — Каменев, шурин Троцкого. В 1932-37 гг. Главконцесскомом руководил троцкист В. Трифонов.
В выборе зарубежных концессионеров и условий предоставления им концессий троцкисты руководствовались никогда не подводившим их «классовым чутьём».
Бизнес Хаммера.
Весной 1921 года в Россию приехал молодой выпускник Колумбийской медицинской школы Арманд Хаммер. Его отец, одесский эмигрант, владелец аптек в Нью-Йорке, в то время сидел в тюрьме за криминальный аборт, приведший к смерти пациентки. Напутствуя Арманда, Хаммер-старший, социалист по убеждениям, просил его передать привет вождю мирового пролетариата, с которым он лично познакомился на одном из социалистических съездов.
Протекция Ленина дала зелёный свет бизнесу А. Хаммера в Сов. России. В октябре 1921 года выпускник медицинской школы получил концессию на добычу асбеста под Алапаевском и разрешение на поставки зерна в Россию в обмен на меха и икру. Через некоторое время он навязал своё содействие в торговых переговорах с советскими представителями ряду американских корпораций; в частности, стал посредником в поставках в Сов. Россию тракторов фирмы Форда.
Однако в 1925 году нарком внешней торговли Красин, не принадлежавший к клану троцкистов, решил, что посредничество американского медика в закупках фордовской техники необязательно и предложил ему заняться каким-нибудь реальным делом. Поразмыслив, Хаммер решил построить фабрику по выпуску карандашей. Правда, в этом он ничего не смыслил, да и соответствующие производства мирового уровня давно имелись в Германии и в Англии. Зато у него имелись связи в Главконцесскоме. В октябре 1925 года Хаммер получил концессию на постройку фабрики для производства карандашей и перьев для авторучек. Вскоре он, наняв специалистов в Нюрнберге и Бирмингеме, запустил в СССР своё новое дело.
В конце 1920-х гг. Хаммер скупал по бросовым ценам российский антиквариат: сервизы, иконы, вещи царской династии. «Очень скоро наш дом в Москве превратился в музей предметов, раньше принадлежавших династии Романовых». Сюда вошли и сделанные из золота и драгоценных камней пасхальные яйца Фаберже. «Мы приобрели 15 яиц, одно из которых Николай II в 1895 году подарил Марии Фёдоровне» (Хаммер).
Ленские золотые прииски.
14 ноября 1925 года был подписан договор между Главконцесскомом и компанией Lena Goldfields. Компания, связанная с влиятельным международным банком «Кун, Лёб и Ко», получила от эффективных менеджеров Троцкого право на добычу золота в Ленско-Витимском горном округе на протяжении 30 лет, руд на Алтае и меди на Урале на протяжении 50 лет. При этом компания, по условиям концессии, должна была передавать СССР 7 % (семь процентов) от добываемой продукции.
Тогдашние руководители Главконцесскома — Троцкий, Иоффе, Пятаков — предоставили проклинаемой ими на словах «мировой буржуазии» не только сверхвыгодные условия концессии, но и, «заботясь о доверии зарубежных партнёров», сильные юридические гарантии — возможные споры между компанией Lena Goldfields и правительством СССР должен был разрешать третейский суд. Поэтому, когда в 1929 году Сталин решил расторгнуть заключённый эффективными менеджерами кабальный договор, Советскому Союзу пришлось выплатить значительную неустойку.
Свёртывание нэпа.
Новая экономическая политика, помимо широкого развёртывания эффективного бизнеса (см. выше) стимулировала вложение капиталов в лёгкую промышленность, где те быстро окупались и приносили прибыли. Это не согласовывалось со сталинским планом создания реально независимого государства, основой которого в то время могла стать только развитая тяжёлая промышленность. «На базе нэпа нельзя осуществить индустриализацию» (Сталин).
В конце 1920-х гг. Сталин принял решение свернуть нэп и перейти к полностью управляемой государством экономике, способной решать долгосрочные задачи.
