Первые три книги «Чекисты рассказывают» были тепло встречены читателями. Новый сборник тематически как бы продолжает этот рассказ. На страницах книги рассказывается о борьбе с контрреволюцией в первые годы Советской власти, разоблачаются происки империалистических разведок, правдиво и ярко пишется об отваге и патриотическом мужестве советских людей.Книга воспитывает у советских людей высокую политическую бдительность.
Поздним вечером 19 октября 1920 года секретарь Ленина Фотиева принесла Владимиру Ильичу очередную почту. Писем было много, из разных концов России. На тех, которые требовали срочного ответа, Фотиева сделала пометки. Ленин взял телеграмму с такой пометкой. Она была краткой: председатель Тамбовского губисполкома Шлихтер сообщал о захвате антоновцами Рассказовских суконных фабрик.
Ленин задумался. Голодная Москва замерла во мгле за стенами Кремля. Было ненастно и тревожно. Не хватало продуктов, одежды, обуви, хлеба, чтобы накормить армию и население.
Ленин вспомнил свой недавний разговор с писателем Уэллсом. Подумал: «Интервенты разбиты. Государство рабочих и крестьян продолжает жить и развиваться, несмотря на всякие пророчества. Уж очень много развелось пророков!»
Владимир Ильич вспомнил о своем выступлении на четвертой конференции губернских чрезвычайных комиссий.
«Мы до и после Октябрьской революции стояли на той точке зрения, что рождение нового строя невозможно без революционного насилия, что всякие жалобы и сетования, которые мы слышим от беспартийной мелкобуржуазной интеллигенции, представляют собой только реакцию. История, которая движется благодаря отчаянной классовой борьбе, показала, что когда помещики и капиталисты почувствовали, что дело идет о последнем, решительном бое, то они не останавливались ни перед чем…»
Ленин взял ручку и стал быстро писать. Закончив, он поднял трубку телефонного аппарата, попросил соединить с ВЧК.
— Товарищ Дзержинский? — спросил он, когда услышал голос в трубке.
— Слушаю, Владимир Ильич.
— Сейчас я направлю вам записку, в которой кое-что набросал. Речь идет о банде Антонова. Прошу сегодня же рассмотреть и принять меры. С антоновщиной нужно быстро покончить. Свяжитесь со Склянским и действуйте вместе.
— Хорошо, Владимир Ильич. — Дзержинский отвечал кратко.
Спустя час Феликс Эдмундович прочитал записку Ленина:
Спешно.
Тов. Дзержинскому
Захвачены Болдыревские (Рассказовские) фабрики (Тамбовской губернии) бандитами.
Верх безобразия.
Предлагаю прозевавших это чекистов (и губисполкомщиков) Тамбовской губернии
1. Отдать под военный суд,
2. Строгий выговор объявить Корневу[1].
3. Послать архиэнергичных людей тотчас.
4. Дать по телеграфу нагоняй и инструкции.
Дзержинский поднялся из-за стола, походил по кабинету. Он хорошо помнил ту информацию, которую в течение сентября — октября получал из Тамбова и Воронежа. 19 августа в селе Каменка Кирсановского уезда крестьяне, подстрекаемые кулаками, отказались сдавать хлеб по продразверстке. 30 августа волнение охватило села Кирсановского, Тамбовского, Борисоглебского, Козловского, Моршанского уездов Тамбовской губернии и частично Воронежскую губернию. Движение возглавил авантюрист Антонов, эсер, который при царизме отбывал наказание за экспроприации. В его банду стали стекаться, наряду с кулаками, дезертирами и уголовниками, обманутые крестьяне, недовольные продразверсткой.
На подавление мятежа были брошены местные гарнизоны Красной Армии, мобилизованы чекисты. Но они терпели поражения.
9 октября антоновцы расстреляли захваченных коммунистов и активистов, не пощадили даже женщин. У захваченного в плен красноармейца, имевшего орден Красного Знамени, бандиты вырезали знамя на груди.
Дзержинский вызвал к себе начальника секретного отдела ВЧК Самсонова.
В кабинет вошел, словно бы протиснулся в дверь, широкоплечий человек, одетый в гимнастерку, полувоенные брюки и поношенные сапоги. Подошел к столу.
— Слушаю, Феликс Эдмундович. — На Дзержинского смотрели спокойные, умные глаза. Дзержинскому нравился этот мужественный человек. Он искренне любил Самсонова и верил ему, зная, что Самсонов так же, как и он, прошел царские застенки, сибирские каторжные этапы. Был грузчиком и лесорубом. Потом сражался с Колчаком. Только такой профессиональный революционер, как Дзержинский, мог понять, откуда Самсонов брал время и силы для самообразования.
— Читайте. — Дзержинский дал Самсонову записку Ленина. Поправил шинель, прошелся еще раз по кабинету. — Вам не холодно в гимнастерке? У меня тут не очень натоплено.
