Глупо сокрушаться по поводу неиспользуемых мощностей. Неиспользуемые мощности оборудования, устаревшего вследствие технологических усовершенствований, являются свидетельством материального прогресса. Было бы благом, если установление длительного мира сделало бы ненужным использование заводов по производству военного снаряжения, или открытие нового эффективного средства профилактики и лечения туберкулеза сделало бы бесполезными санатории для лечения людей, пораженных этим недугом. Разумно было бы сожалеть о недостатке осторожности, приведшей к ошибочным вложениям капитальных благ. Но человек не является непогрешимым. Определенная доля ошибочных инвестиций неизбежна. Все, что необходимо делать, это избегать экономической политики, подобной кредитной экспансии, искусственно поощряющей ошибочные инвестиции.
С помощью современной технологии можно легко выращивать апельсины и виноград в полярных и приполярных странах. Любой назвал бы такое предприятие сумасбродством. Но по сути дела тем же самым является поддержание с помощью пошлин и других протекционистских мер выращивания зерновых в долинах скалистых гор, в то время как повсюду изобилие залежной плодородной земли. Разница лишь в степени помешательства.
Жители Швейцарии предпочитают производить часы вместо того, чтобы выращивать пшеницу. Производство часов для них является самым дешевым способом приобретения зерна. С другой стороны, выращивание пшеницы является самым дешевым способом приобретения часов для канадских фермеров. То, что жители Швейцарии не выращивают пшеницу, а канадцы не производят часы, достойно упоминания не больше, чем то, что портной не тачает себе сапоги, а сапожник не шьет себе одежду.
Цены явление рыночное. Они порождаются рыночным процессом и являются спинным мозгом рыночной экономики. Вне рынка цен не существует. Цены нельзя, так сказать, сконструировать синтетически. Они являются равнодействующей определенного стечения рыночных фактов, действий и реакций членов рыночного сообщества. Бессмысленно предаваться созерцательным размышлениям по поводу того, какими могли бы быть цены, если некоторые из определяющих их были бы иными. Эти фантастические модели не более разумны, чем причудливые спекуляции на тему возможного хода истории, если, например, Наполеон был бы убит в сражении на Аркольском мосту или если Линкольн приказал бы майору Андерсону уйти из форта Самтер.
Не менее бесполезным занятием являются размышления о том, какими цены должны быть. Любому понравилось бы, если бы цены на вещи, которые он хочет купить, упали, а на вещи, которые он хочет продать, поднялись. Выражая подобные желания, человек был бы искренен, если бы признавал, что это является его личной точкой зрения. Другой вопрос, было бы с его личной точки зрения благоразумно со стороны государства немедленно использовать свои полномочия давления и принуждения, чтобы вмешаться в рыночную структуру цен. В части 6 этой книги будут показаны неизбежные последствия интервенционистской политики.
Но тот, кто называет такие желания и произвольные субъективные оценки голосом объективной истины, обманывает себя и предается иллюзиям. В человеческой деятельности не имеет значения ничего, кроме желания индивидов достичь своих целей. По отношению к выбору этих целей вопрос об истине не стоит, имеет значение только ценность. Ценностные суждения по необходимости всегда субъективны, высказываются ли они только одним человеком или множеством людей, болваном, профессором или государственным деятелем.
Любая цена, определенная рынком, неизбежно является результатом взаимодействия спроса и предложения. Какой бы ни была рыночная ситуация, породившая данную цену, по отношению к ней цена всегда является адекватной, подлинной и реальной. Она не может быть выше, если не находится покупателя, предлагающего более высокую цену, и она не может быть ниже, если не находится продавца, готового поставить товар по более низкой цене. Только появление людей, готовых купить или продать, может изменить цены.
Экономическая наука анализирует рыночный процесс, порождающий товарные цены, ставки заработной платы и ставки процента. Она не вырабатывает формул, которые могли бы позволить кому-либо подсчитать правильную цену, отличающуюся от той, которая установилась на рынке в результате взаимодействия покупателей и продавцов.
