Тот, кто ожидает роста цен, выходит на рынок кредитов как заемщик и готов признать более высокую валовую ставку процента по сравнению с той, которую он готов был признать, если бы ожидал менее значительного роста цен или, наоборот, не ожидал бы роста цен. С другой стороны, кредитор, если он сам прогнозирует рост цен, предоставляет кредиты только в том случае, если валовая ставка оказывается выше, чем она была бы на рынке, где ожидаются менее значительные восходящие ценовые изменения. Заемщика не останавливает более высокая ставка, если его проект имеет такие хорошие перспективы, что допускает более высокие издержки. Кредитор воздержится от выдачи кредитов и сам выйдет на рынок в качестве предпринимателя и покупателя товаров и услуг, если валовая ставка процента не компенсирует ему прибыль, получаемую таким путем. Таким образом, ожидание повышения цен имеет тенденцию стимулировать рост валовой процентной ставки, в то время как ожидание падения цен ведет к ее снижению. Если ожидаемые изменения в структуре цен затрагивают только ограниченную группу товаров и услуг и уравновешиваются ожиданием противоположного изменения цен на другие товары, как происходит в случае отсутствия изменений денежного отношения, то две противоположные тенденции в целом нейтрализуют друг друга. Но если денежное отношение ощутимо изменилось и ожидается общее повышение или падение цен на все товары и услуги, то одна тенденция возобладает. Во всех сделках, предусматривающих отсроченные платежи, появится положительная или отрицательная ценовая премия[Cм.: Fisher I. The Rate of Interest. New York, 1907. P. 77 ff.].
Роль ценовой премии в изменяющейся экономике отличается от той, какую мы приписали ей в изложенной выше гипотетической и неосуществимой схеме. Она не способна полностью устранить, даже если рассматривать только кредитные операции, влияние изменений в денежном отношении; она не может сделать процентные ставки нейтральными. Она не может изменить тот факт, что деньги обладают собственной движущей силой. Даже если бы все действующие лица обладали точным и исчерпывающим знанием количественных данных, характеризующих изменение предложения денег (в широком смысле) во всей экономической системе, о времени, когда произойдут эти изменения, а также о том, кто первым испытает их воздействие, они все равно не могли бы заранее знать, изменится ли и в какой степени спрос на деньги для остатков наличности, а также в какой временной последовательности и в какой степени изменятся цены на товары. Ценовая премия может нейтрализовать влияние изменений в денежном отношении на субстанциональную и экономическую значимость кредитных договоров только в том случае, если ее появление предшествовало изменениям цен, порожденных переменами в денежном отношении. Она была бы результатом логического рассуждения, посредством которого действующие лица пытаются заранее вычислить время и степень этих изменений цен относительно всех товаров и услуг, прямо или косвенно имеющих значение для их собственной удовлетворенности. Однако подобные расчеты невозможны, поскольку для их выполнения требуется совершенное знание будущих условий и оценок.
Возникновение ценовой премии не является результатом арифметической операции, способной обеспечить надежное знание и исключающей неопределенность относительно будущего. Она следствие интерпретации будущего промоутерами и их расчетов, основанных на этом понимании. Она появляется на свет постепенно, по мере того, как сначала некоторые, а затем все больше и больше действующих лиц осознают тот факт, что рынок столкнулся с изменениями денежного отношения под действием денежных факторов, а следовательно, и с определенным образом ориентированной тенденцией. Ценовая премия появляется только тогда, когда люди начинают продавать и покупать с целью извлечь выгоду из этой тенденции.
Необходимо уяснить, что ценовая премия представляет собой результат спекуляции, предвосхищающей изменения в денежном отношении. В случае ожидающегося сохранения инфляционной тенденции она вызывается уже первыми признаками явления, которое позднее, когда станет всеобщим, будет названо бегством в реальные ценности и в конечном счете породит ажиотажный бум и крушение денежной системы. Как и в любом другом случае интерпретации будущих событий, спекулянт может ошибаться, инфляционная или дефляционная динамика может остановиться или замедлиться, а цены будут отличаться от ожидаемых.
