Завтра состоится встреча двух футбольных команд, Голубых и Желтых. В прошлом Голубые всегда побеждали Желтых. Это знание не является знанием о классе событий. Если бы мы рассматривали его в этом качестве, то должны были бы сделать вывод, что Голубые всегда побеждают, а Желтые всегда проигрывают. И нам не придется сомневаться в исходе встречи. Мы будем определенно знать, что Голубые снова выиграют. Достаточно того, что мы считаем наши прогнозы по поводу результатов завтрашней игры всего лишь вероятными, чтобы показать, что не думаем таким образом.
С другой стороны, мы считаем, что победы Голубых в прошлом все же имеют значение для исхода завтрашней игры. Прогноз повторения успеха Голубых мы считаем более предпочтительным. Если бы от нас потребовалось корректное доказательство в соответствии с рассуждениями, свойственными вероятности класса, то мы бы не придали этому факту никакого значения. Если бы мы поддались ошибке игрока, то, наоборот, доказывали бы, что завтрашняя игра приведет к успеху Желтых.
Если мы поставим деньги на возможность победы одной из команд, юристы квалифицируют наше действие как пари. Если подразумевалась бы вероятность класса, то они назвали бы это азартной игрой.
Все, что заключено в термине вероятность, но находится вне сферы вероятности класса, относится к специфическому способу рассуждения, связанному с трактовкой исторической уникальности и индивидуальности, специфическому пониманию исторических наук.
Понимание всегда основано на неполном знании. Мы можем считать, что нам известны мотивы действующих людей, цели, к которым они стремятся, и средства, которые они планируют применить для достижения этих целей. У нас есть определенное мнение относительно результатов, ожидаемых от действия этих факторов. Но этого знания недостаточно. Мы не можем заранее исключить возможности ошибки в оценке их влияния или того, что мы не учли некоторые факторы, чье вмешательство мы не предусмотрели вовсе или учли неверно. Азартная игра, инженерный подход и спекуляция три способа отношения к будущему.
Игрок не знает ничего о событии, от которого зависит исход его ставки. Все, что ему известно, это частота благоприятных исходов в серии подобных событий, знание, бесполезное для его предприятия. Он полагается на удачу, это и есть весь его план.
Сама жизнь подвержена многим рискам. В любой момент ее подстерегают гибельные случайности, которые не поддаются контролю или по крайней мере недостаточно управляемы. Любой человек ставит на удачу. Он рассчитывает не быть убитым молнией или ужаленным гадюкой. В самой человеческой жизни есть элемент азартной игры. С помощью страхования человек может устранить некоторые материальные последствия подобных катастроф и несчастных случаев. При этом он делает ставку на противоположные возможности. Для страхующегося страхование является азартной игрой. Его взнос будет истрачен зря, если катастрофа не случится[В страховании жизни потраченная напрасно ставка застрахованного лица состоит только из разницы между суммой страхового взноса и суммой, которую он мог накопить, если бы сделал сбережение.]. По отношению к неуправляемым природным событиям человек всегда находится в положении игрока.
С другой стороны, инженеру известно все, что необходимо для технологически удовлетворительного решения своей проблемы проектирования машины. Остатки неопределенности, не поддающиеся урегулированию, он старается исключить, создавая запас прочности. Инженеру известны только разрешимые проблемы и проблемы, которые нельзя решить при данном уровне знания. Иногда неудачный опыт подсказывает ему, что его знания были не так полны, как он предполагал, и что он не осознал неопределенности ряда проблем, которые, как он считал, способен контролировать. Тогда инженер пытается сделать свое знание более полным. Разумеется, он никогда не сможет совсем исключить элемент рискованной игры из человеческой жизни. Но действие в орбите определенности является его принципом. Инженер стремится к полному контролю за элементами своей деятельности.
