Андрей Лебедев, военный корреспондент, отправляется на передовую в одну из самых мрачных и жестоких войн в истории человечества – войну с адскими силами. Вместе с военными, он погружается в кровавую бойню, где реальность сливается с кошмаром. Чем глубже он продвигается, тем больше он начинает сомневаться в том, что действительно происходит. Столкнувшись с ужасами и потерями, Лебедев постепенно осознаёт, что этот конфликт не так однозначен, как кажется. Его путь – это не только борьба за выживание, но и поиск ответов на вопросы, которые могут изменить всё, что он знал о войне и человечестве.
ГЛАВА 1
Звуки воздушной тревоги прорезали тишину предрассветного города. Тусклое освещение уличных фонарей бросало длинные тени на разрушенные здания, а густой дым, поднявшийся от недавних бомбардировок, затягивал небо. Андрей Лебедев, военный корреспондент, стоял в окне, наблюдая за людьми, суетившимися на улицах, и мысленно готовился к очередному дню на линии фронта. Война с Адом шла уже несколько лет, и каждое утро начиналось с этих же звуков – сирен, криков, шума падающих бомб. Он взял камеру, проверил оборудование и включил диктофон. Привычка фиксировать всё, что могло иметь значение, стала частью его жизни. Через минуту в дверь его временного убежища постучали.
– Лебедев, готов? Машина уже ждёт, – голос молодого сержанта, которого Андрей знал по нескольким совместным операциям, звучал сдержанно, как всегда.
– Да, иду, – коротко ответил Андрей, закинул сумку на плечо и направился к выходу.
На улице было прохладно. Открытый бронетранспортёр стоял на обочине, его двигатель тихо урчал. Несколько солдат уже сидели в кабине, их лица были суровы и усталые, без единого намёка на эмоции. Они знали, куда едут, и знали, что могут не вернуться.
– Сегодня мы прорываемся к передовому отряду, который закрепился у Врат, – сообщил водитель, глядя на Лебедева в зеркало заднего вида. – Там идут тяжелые бои, мы просто отвозим подкрепления и медикаменты.
Андрей молча кивнул, погружённый в свои мысли. Ему приходилось бывать на разных участках фронта, но Врата всегда были самой горячей точкой. Считалось, что именно через них демоны проникли в наш мир. Здесь развернулось сражение, масштабы которого можно было сравнить лишь с мифами о древних апокалипсических войнах. Однако что-то в этой истории не давало ему покоя. Транспорт тронулся. Машина катилась по разрушенным улицам, оставляя позади сожжённые здания, покинутые дома и тела, которые не успели убрать после недавних столкновений. Андрей смотрел на всё это, стараясь не поддаваться эмоциям, хотя за годы репортажей он привык к ужасающим видам. Когда они покинули город и выехали на открытое пространство, напряжение усилилось. Шум боевых вертолётов, пролетавших высоко над головой, и редкие взрывы вдалеке говорили о том, что фронт приближался.
– Как думаешь, это вообще закончится? – неожиданно спросил сержант, сидевший рядом с Лебедевым. Его голос прозвучал неожиданно мягко.
Андрей долго молчал, выбирая слова. Он знал, что на такие вопросы ответов нет, но всё же ответил:
– Эта война… она не такая, как другие. Тут не видно конца. Мы боремся с тем, что нам даже до конца не понятно.
Сержант не стал продолжать разговор. Водитель бросил короткий взгляд на обоих через зеркало, а затем вернулся к дороге. Они ехали молча, пока вдали не замаячили тени укреплений у Врат. Когда машина подъехала ближе, видение места, где начиналась схватка с силами Ада, оказалось пугающим. Здесь не было привычных окопов или линий обороны – земля будто вывернулась наизнанку. Сама реальность вокруг Врат казалась искривленной, воздух дрожал, словно над горячей поверхностью.
– Мы на месте, дальше пешком, – водитель остановил машину, и солдаты один за другим начали выбираться наружу.
Андрей достал камеру, поправил ремень на плече и двинулся вслед за остальными. Его глаза не отрывались от Врат. Эти массивные, древние конструкции выглядели так, будто были вырублены из цельной скалы самой природой. Они испускали слабое, едва заметное свечение, которое создавалось скорее изнутри, чем снаружи. Казалось, что-то живое таится за этими каменными гранями.
– Вот они, Врата, – сказал сержант, подходя к Андрею. – Мы пытаемся сдерживать их, но они открываются всё шире с каждым днём.
Лебедев не ответил. Его внимание привлекла группа солдат, которые стояли чуть поодаль. Лица их были искажены от страха или ужаса. Один из них, совсем молодой парень, стоял, вцепившись в автомат, и что-то бормотал себе под нос.
– Эй, что с ним? – Андрей подошёл к одному из офицеров.
– Этот? – офицер оглянулся на парня и пожал плечами. – Видимо, увидел что-то на той стороне. Они все иногда сходят с ума после патрулей у Врат. Говорят, что слышат голоса.
– Голоса?
Офицер кивнул.
– Те, кто возвращается, говорят, что на той стороне зовут по именам. Словно пытаются что-то объяснить, но… никто толком не понимает.
Андрей задумался. Его рука невольно потянулась к камере, но он не решился включить запись. Слишком много странного было в этом месте, и всё это не вписывалось в привычные рамки войны. Затем он заметил на горизонте движение – медленное, но неотвратимое. В воздухе раздался глухой рёв, напоминающий далёкое рычание огромного зверя. Андрей поднял камеру и начал снимать. Врата медленно открывались. Офицер крикнул солдатам, и те бросились к позициям. Андрей, не раздумывая, побежал за ними.
ГЛАВА 2
