— Это я знаю, — перебил Морган, не удосужившись дослушать доклад Виланда. — Ты мне лучше расскажи, как обстоят дела с прибытием других участников собрания?
— Не могу доложить. Мы только вышли на расстояние быстрой связи. Сейчас займусь этим вопросом.
Морган потер виски, думая об известии, полученном в последний момент перед прыжком в гиперпространство. Со злостью прикусив губу, выплюнул:
— Чертовы недоумки! Ничего без меня решить не могут! — Морган заметил легкое удивление Гросскройца, принявшего его фразу на свой счет, и счел нужным сдержанно пояснить. — Я не про тебя, Виланд. Мне тут сообщение прислали, которое… — Морган прикусил язык, разглядев рядом с шефом СБ фигуру капитана яхты. — Ладно. Ни на кого пока не выходи. Сейчас я сам поднимусь к тебе. — с этими словами Морган отключил связь.
— Странно, — пробормотал за спиной Виланда Рузвор.
— Что именно?
— Он всегда здоровался со мной. За все двадцать лет, что я работаю на него. Исключений не было. А сейчас посмотрел на меня, точно на пустое место.
Почувствует или не почувствует, что уже списан со счетов, тут же задался вопросом Виланд, озвучив совершенно другое:
— Привыкай, капитан. Все люди меняются, и господин Морган не исключение.
Ждать последнего долго не пришлось. Прошло всего несколько минут, прежде чем входная переборка отъехала в сторону и в зал управления ворвался раздраженный Морган.
Не осматриваясь по сторонам, он устремился на мостик.
— Полет проходит без происшествий. В настоящий момент… — попытался доложить выскочивший навстречу Рузвор, и тут же замолчал, наткнувшись на мрачный взгляд владельца корпорации.
В следующий миг ему пришлось отскочить в сторону, что на довольно узком проходе сделать было непросто, чтобы освободить проход танком прошедшему мимо него боссу.
— Мне нужна связь с Диар-2, — коротко распорядился владелец корпорации, грузно опустившись в капитанское кресло.
Рузвор подошел к консоли и нажал несколько клавиш.
— Готово. Теперь можете вводить контакт. Кодовая строка справа.
— Вижу. Ты пока можешь идти.
Рузвор постоял еще несколько секунд, затем зачем-то кивнул, развернулся и чуть ли не строевым шагом покинул капитанский мостик.
Прошли несколько минут томительного ожидания, прежде чем голограмма экрана внезапно видоизменилась, превратившись в изображение пожилого мужчины.
То был Главный Префект планеты Диар — 2, являвшейся узловой в секторе Денеб, где Корпорация ICV имела весьма обширные коммерческие интересы.
Эльвидар Моралес являлся ставленником Моргана, заплатившего за его назначение весьма немалые деньги нужным людям из окружения Императора. Самой, пожалуй, важной его обязанностью на занимаемой должности было шефство над службами правопорядка, отвечающих за выполнение многочисленных законов — как центральных, принятых к исполнению на территории всей Империи, так и местных. Благодоря этому Главные Префекты, тайно собирая через курируемые ведомства всю информацию о других представителях властных структур, в конечном итоге обладали всеми необходимыми рычагами давления для принятия нужных законов, многие из которых удовлетворяли интересам людей, поспособствовавших им занять должность.
— Добрый день, господин Морган, — с некоторой ленцой начал Эльвидар, имевший весьма важный вид. — Не мог подойти к коммуникатору. Завершал беседу с Первым Наместником.
— И?
— Обсуждали с ним малозначимые для вас вопросы, связанные с выбором меры наказания группе террористов, подбивавших рабочих заводов к забастовкам. Решили остановиться на предложенном мною варианте… Эгх… Эгх… — Моралес, прикрыв рот рукой, прокашлялся, — Остановились на быках. Трансляцию казни проведем по планетарному телевидению. Высшей знати будет потеха, черни — и потеха, и предостережение от крамольных мыслей, связанных с восстаниями, забастовками, бунтами и прочей чепухой, отвлекающей от работы.
Морган открыл рот, собираясь вывалить на Эльвидара все возникшие к нему претензии, но сказал совершенно иное, решив первоначально удовлетворить свое вдруг вспыхнувшее любопытство.
— Что за быки?
Эльвидар заметно оживился, получив вопрос по живо интересовавшей его теме. На щеках появился легкий румянец, а взгляд приобрел возбужденное выражение.
— Древнее наказание, отрытое мною в старых архивах. Суть состоит в следующем. Изготавливается металлическая статуя быка, нутро которого оставляется полым. От этой полости ко рту идет узкий канал. Через специальную дверцу в боковине статуи, в ее внутреннюю часть помещается человек, и далее под ней разводится костер.
— Под брюхом быка?
— Совершенно верно, господин Морган. Под брюхом. Через некоторое время, по мере нагрева металла, человек начинает поджариваться. Медленно и верно. Естественно, испытывая мучительную боль, он начинает орать и этот крик при помощи того самого канала, о котором я говорил, вырывается наружу. И что самое интересное! Окружающие при этом слышат звук, очень напоминающий рев быка!
— Гм… Очень интересный способ… наказания! — Морган явно находился под впечатлением. — В центральном секторе тебе не дали бы его реализовать.
