– Не знаю, – задумчиво сказала она, – как раз этого я и не знаю. Между нами не все так просто. Я привыкла жить вольной пташкой, нигде подолгу не задерживаюсь, в том числе и в браке.
Дина усмехнулась каким-то своим мыслям, встала, прошлась по комнате.
– Думаю, мой жених мечтал бы меня запереть в четырех стенах, – сказала она, – я даже в этом уверена. Но я поставила ему определенные условия. На этом этапе он с ними согласен, но после регистрации брака, думаю, он даже если и не сразу, но обязательно нарушит свое обещание. Он собственник, он привык, что все живут по его правилам. Ты, наверное, прав, он меня прикует наручниками к батарее.
Я понял, что она выражалась фигурально.
– Но ты же его, наверное, любишь? – еле выговаривая слова, с бешено колотящимся сердцем промямлил я. – Значит, доверяешь ему?
Дина секунду помолчала.
– Я не знаю, что такое любовь, – коротко ответила она, – но наш разговор, кажется, пошел не по тому руслу.
Я покраснел от корней волос до самого выреза майки: я увидел свое отражение в зеркале, установленном на противоположной стороне. Но если бы зеркала не было, я и так бы это почувствовал. После ее реплики о любви у меня в мозгу колотилась одна только мысль: я не имел права выпустить ее отсюда. Да она, похоже, уже и не так рвалась уходить.
– Так, надо приходить к какому-то решению, что-то делать, – наконец сказала Дина.
– Оставайся здесь, – выпалил я, – ситуация неясная, тебе опасно выходить: либо заметут, либо убьют. Либо прикуют наручниками. А здесь тебя искать никто не станет. Если убийцу твоей подруги найдут по горячим следам, ты сможешь спокойно уйти.
– А как я об этом узнаю? – спросила она.
– Как все обо всем узнают, – пожал плечами я, – из Интернета. Будем следить за новостями. А если моя помощь понадобится, то я готов.
Она посмотрела на меня внимательно, будто оценивая степень моей надежности.
– Ты не волнуйся, я тебя напрягать не буду, – выдавил я, – выделю тебе второй этаж, обитай тут, пока обстановка не прояснится. Подумай в тишине спокойно о том, кто мог хотеть твоей смерти. А еще хорошо бы поговорить с тем, кто мог бы прояснить, зачем к тебе с утра заявилась твоя подружка.
– А ты что, совсем один живешь в этом доме? – как-то неуверенно спросила Дина.
– Один, – подтвердил я.
– Но почему? – удивилась девушка.
