Мы пожали руки, потом поднялись по лестнице и вот, кабинет географии. За парту мы сели вместе. В течение всего дня мне приходилось знакомиться не только с учениками, но и учителями. Первый день показался мне тяжеловатым. Столько информации! Придурковатый китаец(как выяснилось в процессе разговора, семья Ли Чанга переехала из Гонг-Конга) рассказал мне все обо всем и даже устроил маленькую экскурсию по трем этажам за время большой перемены. На одном из этажей я встретился с Томом. Тот наказал, что после уроков встречаемся в фойе, что я и сделал. В одной из компаний, которая стояла возле окна, я разглядел Тома и Нильса. Без задней мысли я подошел к ним. Они что-то бурно обсуждали.
- Том, ты идешь сегодня?
- Думаю, сегодня не смогу, отец рвет и мечет, а если узнает, что я…
- Да брось, не узнает. Мы же на пару часиков.
Видно было, что у Тома в голове происходил большой выбор. Неизвестно, на что подталкивал его белобрысый, но мне стало не по себе.
- Тогда придется брать с собой Билла.
Парни – большие сплетники. Не удивительно, что все, без исключения, в компании брата уже знали про меня.
- Ну и что? Он ведь не расскажет, если мы немного побалуемся?
Том посмотрел на меня.
- Не расскажет, - твердо сообщил он. – Пошли Билл!
Глава 7.
Pov Tom.
Мне стоило огромных усилий, чтобы сказать эти слова Биллу. Чтобы он пошел за нами. Это ведь баловство чистой воды, в котором я не раз участвовал. Не хотелось бы ввязывать брюнета в эти грязные дела. Я бы и ушел, но что подумают друзья? Что я струсил? Что я потакаю запретам родителей? Мне не страшно, если меня засмеют, но потерять репутацию мне хотелось бы меньше всего. Дошло до того, что здоровяк Дирк начал меня брать на «мужик или не мужик». Знал бы ты, Дирк, что не в мужике-то дело. Ты не мог себе представить, какой опасности я подвергаю Билла. Хоть я до сих пор не простил ему тот поступок с дверью, и, можно сказать, недолюбливал за вездесущий нос, но не хотел бы, чтобы случилось чего не то. Он ведь такой изнеженный, чуток наивен и по-детски непосредственен. К таким, как он, я всегда проявлял жалость.
- Кто на этот раз? – Нильс посмотрел на затейника Дирка.
- Помнишь, герра Кохшнапфа? С этим скупердяем нужно быть осторожно, он палит из ружья.
- Что он вам плохого сделал? – Влез в разговор мой брат. А мне захотелось закрыть его рот кляпом, чтобы не открывал до конца нашей «прогулки».
- Не твое дело, малец, главное, держись в стороне.
Как же меня разрывало на куски. Это была плохая идея пойти с друзьями, я дурак, да, и пожалел уже сотню раз, но обратного выхода не было. Бежать было бы глупо, но плохое предчувствие не покидало меня.
Вот тот дворик. Мы быстрым шагом преодолели дорогу, но усталости я не чувствовал. Страх заглушил все чувства. Страх скорее не за себя, а за Билла. Просто бывали случаи, когда наше хулиганство увенчивалось громким провалом. Вроде взрослые парни, а занимаемся фигней.
Свою старенькую Chevrolet Impala, старик берег, как зеницу ока. Не мудрено, что такая малышка привлекала глаза зевак, ведь в Германии таких машин единицы. Жалко было бы портить такую красоту. Интересно, что им сделал пожилой человек?
Хотя, украсть магнитолу – это не сильная порча имущества, но прибыльная. Слыхал, на таких и за антиквариат сойдет.
- Ты линейку то взял? – обратился Дирк к Крису.
- Да взял я, взял.
- Железную?
-Железную. Нам повезло, что пердун не загнал свой драндулет за свой ветхий забор, а то бы задница давным-давно горела бы солью.
- Это ты точно подметил, Крис. Интересно, сигнализация там стоит? А то мы жестоко лоханемся, если машина завизжит.
Я подошел к машине и начал осматривать ее.
- По-моему, Герр Кохшнапф вообще только что приехал домой. Следы свежие. – Выдал я свой вердикт.
- Значит, будем действовать аккуратно. Нильс, ты проверил – сигнализация стоит? – спросил друга Дирк, в то время, когда шатен пытался вглядеться в окно.
- Нет, у старика, похоже, старческий склероз. Ты лобзик-то взял?
- Нет, зато пилку от него стащил, - самодовольно произнес здоровяк.
- Тогда, открываем?
Нужно было видеть глаза Билла в этот момент. Казалось, всем своим видом он хотел сказать: «Остановитесь! Что же вы творите?», но он молчал. Он боялся сказать что либо. Он просто знал, что его не послушают, что его грубо заткнут.
- Том, стой на шухере! – Крикнул Нильс.
Я чувствовал себя тупой куклой, которая повиновалась прихотям хозяев. Я встал у калитки, но так, чтобы меня не было видно. Пока Дирк вскрывал машину, доставая бедную магнитолу, будь она неладна, Крис с Нильсом пилили эмблемы. Билл стоял в стороне, нервно теребил пальцами край черной рубашки.
Стоило мне только отвлечься, как я услышал звук открывающейся скрипучей двери от дома. Старик, кашляя, обувал на террасе свои галоши, держа подмышкой нехилое ружье.
- А ну, пошли вон, паршивцы! – Орал старик. Парни встрепенулись. А я не знал, как себя вести.
- Черт, Том, что ты не сказал, что этот пердун идет??? Черт! Черт!
