Когда Ганс, Том и Ханна увлеклись разговорами о фильмах, и их, казалось, невозможно было прервать, Клаус кивнул мне в сторону, мол «пойдем, выйдем, поговорить надо». Я кивнул и, встав со своих мест, мы вышли из помещения, оставив ребят дальше продолжать свою дискуссию. Мы встали возле стены, Клаус, немного потрепав свои карманы джинсовой куртки, извлек оттуда пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, поджог одну и закурил, выпуская изо рта едкий дым.
- Ты все никак не бросишь? – я обнял себя руками за плечи, посмотрев на носы кед, потом переместил свой взгляд на друга.
- Бросишь тут… Билл, в приюте все так перевернулось, после твоего ухода. Такое ощущение, что там все только из-за тебя и держалось. – Проговорил Клаус и снова затянулся, слегка прикрыв глаза.
- Неужели?
- Правда. Приезжали всякие «шишки» и сказали, что поступит новая порция воспитанников из Дрезденского, сгоревшего на днях, детдома. Выпускников будут отпускать раньше срока.
- Дак это же хорошо! Будете жить отдельно, независимо. В свободе есть свои плюсы. Только вот со школой придется немного повозиться, а так ничего, все же нормально! – улыбался я, но по лицу товарища читались совсем иные эмоции, поэтому последние строчки я проговорил почти бесшумно.
- Без жилья и денег, Билл.
Я тут же замолк и уставился на мрачное лицо Клауса:
- А…как это? По правилам, приют должен выделять выпускнику квартиру и какое-то количество денег на первое время.
- Приют просто не в состоянии обеспечить такое количество человек. Поэтому Фрау Мендельс рвет и мечет.
- Вот черт…
Я почувствовал легкое похлопывание по плечу.
- Не переживай Билл, я сказал тебе это, потому что мы можем больше не увидеться. – Клаус мягко улыбнулся. - Я, Ганс и Ханна найдем выход. Мы будем держаться вместе.
- Если что, я попытаюсь вам помочь. На всякий случай я оставлю тебе свой номер мобильного.
Друг докурив кивнул и повел меня обратно к нашим, а то потеряют еще.
Уже поздней ночью, когда занавес сменился на темное небо, а огромная луна, словно сырный шар была не прошеным гостем, я сидел на окне и анализировал сегодняшний день, задумчиво покусывая губу.
Все было прекрасно: я повидал друзей, провел день с Томом и просто был счастлив, когда мне удалось всех сдружить, но одно все-таки не давало мне покоя. Куда денутся друзья, когда время настанет покинуть приют? Я пообещал им помочь. Я бы искренне хотел этого, и я так сказал, скорее, чтобы подарить надежду на что-то светлое, поддержать. Ведь когда веришь во что-то хорошее, это обязательно сбудется, каким бы наивным я не был. Но что я могу? У меня нет ничего, кроме жалких документов, подтверждающих, что я Билл Катце…хотя уже Каулитц. Я словно чья-то собственность, кукла без прошлого и непонятно какое будущее мне предначертано.
- Не спишь? – шепот брата заставил меня вздрогнуть. В темноте я еле-еле разглядел его силуэт, который стоял на пороге моей комнаты и ждал ответа. Я отрицательно помотал головой и снова уставился в окно, взглянув мельком на электронные часы у прикроватной тумбы, которые красными цифрами высвечивали время 03:45.
Брат тихими шагами подошел ко мне и тоже сел на подоконник напротив.
- Тоже бессонница? Сегодня луна такая…
- Я не сплю в полнолуние.
- Что, вообще?
- Никогда.
- Странный. – Том хмыкнул и обнял свои ноги в мешковатых домашних тренниках, поставив босые ступни на гладь подоконника. Захотелось докоснуться до его руки, ведь при лунном свете брат так завораживающе выглядит. – Ты весь вечер какой-то грустный. Тебя что-то тревожит?
Парень заглянул мне в глаза, а я смотрел на него из-под прикрытых пушистыми ресницами век, обиженно надув губы..
- Нет, ничего.
- Да брось! – Том экспрессивно взмахнул руками, хлопая меня по коленке. – Ты же хотел, чтобы мы стали настоящими братьями. А братья всегда всем должны делиться. Помогать друг другу. Не давать грустить.
- А ты разве не хотел, чтобы мы были братьями? – я еще больше надул губы и уже, выпрямившись, мог в полную меру смотреть грустными глазами на брата. Тот явно опешил от такого вопроса, но явно нашел что сказать, чуть улыбнувшись:
- Ну, ты чего?? Конечно…. Конечно хотел бы, это даже не обсуждается.
- Просто, - я замялся. – Когда мы отходили, Клаус сказал мне, что скоро, скорее всего, им троим, да не только, всем выпускникам приюта придется оказаться на улице, потому что к ним поступят воспитанники из дрезденского детдома, а приют не в состоянии всех незапланированно обеспечить.
Том ненадолго задумался, и казалось, он смотрел сквозь меня, а лицо толком ничего не выражало. Ожидание длилось вечность, но тут тяжелый вздох разрезал тишину.
- Поэтому он был так задумчив сегодня?
Я кивнул.
- Много курил, - добавил я.
- Билл, я не обещаю, но мы постараемся что-нибудь сделать с этим.
- Это было бы очень здорово! Ты думаешь, у нас и правда все получится? – я встрепенулся и привстал на коленях, а Том с растерянностью глядел по сторонам.
- Думаю, да.… Да, у нас все должно получиться. Мама и папа всегда занимались благотворительностью и участвовали в помощи другим людям, так что… думаю, все будет хорошо.
