Убедившись, что все, что мне нужно, давным-давно лежит у меня в рюкзаке, я поспешил покинуть свою комнату, не забыв в последний раз обвести её взглядом. Нужно идти, а то получу еще кучу тумаков от фрау Мендельс.
Когда я садился в дорогую и просто потрясающую машину, я заметил, как у здания притаились Клаус, Ганс и Ханна. Они с непониманием смотрели на меня, будто говоря своими взглядами «Куда ты, Билл? Неужели ты нас покидаешь?». Я не мог сдержать одинокой слезы, которую тут же вытер рукавом черной кофты. Я чувствовал себя виноватым. Будто предаю их. Ведь мы выросли вместе. Жили вместе. Все делали вместе до этого момента.
«Мы обязательно встретимся», - шепчу одними губами и сажусь-таки в салон.
По дороге завязалась небольшая беседа. Наверное, она помогла отвлечься мне от грустных мыслей. Перспектива, смотреть в окно и любоваться осенним пейзажем меня не устраивала. Нет, я люблю природу. Просто не сейчас. Все это нагоняло тоску, а я не хотел расстраивать своих новых родителей.
- Как себя чувствуешь, Билл? – Ко мне обратилась женщина, все так же, не снимая своей прекрасной улыбки с лица.
- Хорошо, спасибо фрау … - я вспомнил, что даже не знаю их имен. Поэтому ничего не придумал, как застенчиво улыбнуться. Господи, как же мне стыдно.
- Меня зовут Симона, а это Гордон, - она указала на мужчину, сидящего рядом с ней. Я увидел в зеркало заднего вида, как тот улыбнулся. Довольно молчаливый тип. – Но лучше будет, если ты будешь звать нас «мама и папа».
Мама и папа… Сколько трепета в этих, по отдельности, двух коротких словах. Сколько любви в них заложено. Увы, мне мало довелось побыть со своими родителями, да и то, я не помню, какая жизнь была у меня раньше. Мне сказали, что мои родители погибли в автокатастрофе, а я выжил. Лучше бы меня Господь забрал вместе с ними на небеса, может быть, я бы и не мучился сейчас от разрывающей душу боли.
- Хорошо… Мама и папа…
Женщина достала телефон и, найдя в телефонной книжке нужный номер, принялась на него звонить. Собеседник не заставил себя долго ждать и через мгновение мягкий голос моей новоиспеченной мамы раздался по всему салону авто.
-Привет мой хороший. Ты в школе?
- …
- Откуда знаешь?
- …
- Сынок, мы с папой едем домой, у нас сюрприз. До нашего возвращения успеешь добежать?
Симона вновь улыбнулась и, убрав телефон в женскую сумочку, опять обратилась ко мне:
- Дома нас будет ждать твой брат…
- У меня есть брат? – я чуть улыбнулся. В приюте у меня было много друзей, но брата никогда. Мне очень хотелось бы, чтобы у меня был брат.
- Да, его зовут Томас. Думаю, он будет рад с тобой познакомиться, - вступил в разговор уже и отец.
- Ох, я тоже… Тоже буду рад с ним познакомиться!
Не скрою, но я очень оживился.
- Они поладят, - заверила папу мама. – Нам нужно заехать в магазин. Билл, как ты смотришь на это предложение?
Я удивился. Обычно меня никогда не спрашивали, хочу ли я куда-то пойти или от моих слов, будто что-то зависело. Мне говорили – я шел. Говорили снова – я делал. А тут… Наверное, так пахнет свобода?
- Я бы не отказался. – Искренняя улыбка слетела теперь и с моих губ, на что родители захихикали.
- Ты смотри какой!
Честно говоря, я никогда не был так счастлив. Еще день не прошел, а уже столько событий! Магазины явно поднимают настроение, потому что мне покупали то, о чем я и не мечтал. Первый мой мобильный телефон. Плеер. Пара вещиц для нового гардероба, а остальное – продукты. Казалось, мои глаза блестели всю дорогу до дома. Я был ослеплен всем этим.
Когда мы прибыли на место, я, схватив свой рюкзак в руки, двинулся за мамой. Папа забирал оставшиеся пакеты и ставил машину на сигнализацию. Дом меня удивил не меньше, от чего я раскрыл рот.
- Тебе нравится, Билл?
- Не то слово! В него бы поместился весь приют!
- Ну не весь, конечно, - она захохотала.
Как ни крути, но я не решался зайти первым. Почему-то я боялся. Боялся того, что ждет меня внутри. Но Симона зашла первой и позвала меня рукой.
- Заходи, заходи, не стесняйся!
Пришлось-таки заходить, потому что Гордон сзади начал приближаться, чтобы зайти в дом. Красиво обставленный интерьер заставил приковать к себе взгляд. Я вцепился в свой рюкзак с новой силой. Казалось, глаза сейчас разбегутся от такого количества картин и антикварных вещей. Мама обняла меня за плечи:
- Томас, знакомься, это Вильгельм, теперь он будет жить с нами. Не обижай его, хорошо?
Я не сразу заметил парня, что притаился возле очередной двери, коих здесь было не мало. Высокий, стройный, загорелое лицо. Одежда больших размеров смотрелась на нем нелепо, но не портила его. У юноши были глаза отца и губы матери. Черные волосы заплетены в косички, что покрывали всю его голову. Железяка в губе и ушах. А возле него – пушистый пес. Так вот он, мой новый брат. На вид, мой ровесник. Кажется, он не слишком рад меня видеть.
- Привет. Пицца в микроволновке, чайник на плите, приятного аппетита.
Парень прошел мимо, поднимаясь по лестнице наверх. Пес последовал за ним. Почему-то стало так обидно за самого себя. Что плохого я сделал? Мама заметила, как я расстроился, и решила приободрить:
