Несколько минут Сан Саныч сидел, молча разглядывая возлюбленную. Он привык к ее жесточайшему сопротивлению и негаснущей агрессии и теперь пребывал едва ли не в замешательстве. Эта беспомощная, безвольная Лиза казалась иной личностью — чужой и непонятной, — с которой только предстояло познакомиться. Определенно, новая ипостась невесты не нравилась Тубису. Если бы его привлекали тряпичные куклы, он выбирал бы забитых серых мышек и наслаждался бы их покорностью. Но его манили другие женщины — пусть не всегда красавицы, но с характером. Он любил усмирять разбушевавшуюся жертву, любил медленно, мучительно медленно приучать ее к повиновению, но так полностью и не приучить. Тубиса заводила борьба. Лизина болезнь лишала его удовольствия. Впрочем, он умел терпеть. Да и спешить ему некуда.
Для сна было еще рано, общение с невестой откладывалось, а играть в шахматы не хотелось. Сан Саныч включил настольную лампу, наклонив ее так, чтобы свет не бил Лизе в лицо, достал тонкую тетрадь и ручку. Он уже давно не писал писем сестре. Последний раз отправлял ей послание года два назад. Наверное, она соскучилась.
Они никогда не были особенно близки. Младшая сестра не разделяла мировоззрение брата и находила тысячи поводов для споров и ссор. В детстве не проходило ни дня, чтобы они не поругались. С возрастом между ними установился худой мир, но напряженность в отношениях никуда не исчезла. Сестра не понимала старшего брата и не стеснялась демонстрировать неприязнь. Но она была родным человеком, и Тубис ее по-своему любил. Последний раз они виделись лет десять назад.
Сан Саныч вырвал двойной листок и задумчиво покрутил ручку. Накопилось много новостей, но, пожалуй, начать следует с главной. Он встретил свою вторую половинку. Лучшую женщину, с которой проживет долгую и счастливую жизнь. Тубис посмотрел на Лизу — она по-прежнему спала, дыша тихо и тяжело, но лицо уже не было бледным. Вероятно, таблетки начали действовать.
Он напишет сестре о своем счастье. О том, как долго его искал. О том, что никогда его не упустит. Часы показывали 21.45.
Когда таксист остановился у нужного ей дома, было без четверти десять. Олеся расплатилась и попросила водителя не уезжать.
— Если через пятнадцать минут я не вернусь, значит, обратно я сегодня уже не поеду. — Она улыбнулась и вышла из автомобиля.
Окружающий пейзаж внушал что угодно, кроме романтического настроя. Признаться, Олеся не ожидала, что объект ее воздыханий живет в таком унылом месте. Однако мало ли, какие причуды у человека. Да и отступать поздно — зря, что ли, ехала в эту глушь?
Олеся огляделась — ни одного прохожего, фонари святят через один. На таких улицах впору преступления совершать, а не свидания устраивать. Мелькнула мысль: уж не погорячилась ли она с поспешным решением? Разве адекватный человек может добровольно поселиться в таком мрачном районе? Убогие одноэтажные строения, раздолбанный асфальт — как бы не навернуться, чего доброго.
Олеся растерянно переступила с ноги на ногу, ища взглядом табличку с номером дома. Все правильно — адрес верный. В течение минуты она всерьез раздумывала над тем, чтобы отказаться от идеи и вернуться к машине. Уже развернулась, но, сделав пару шагов, остановилась. Хорошо, что таксист не видел ее метаний, уткнувшись в газету и разгадывая сканворд, не то со стыда бы сгорела.
В сумочке пикнул мобильный. Воспользовавшись оправданной заминкой, Олеся достала телефон. Попова прислала sms, спрашивала, все ли в порядке.
Ответ на этот вопрос тоже интересовал Олесю. Она пригладила волосы и смело ринулась вперед.
Тубис смотрел на исписанный мелким почерком лист. Он полагал, что ему не хватит целой тетради, чтобы поведать сестре обо всех своих приключениях и переживаниях, однако ж уложился в несколько абзацев. К счастью, он не мечтал о писательской карьере — иначе бы его ждал полный провал. Лаконичность сослужила бы ему плохую службу. Краткость, может быть, и сестра таланта, но мачеха гонорара.
Сестра будет рада и этому короткому письму, но ответ, как всегда, не напишет. Тубис никогда не получал от нее писем. Ей просто некуда было их отправлять. Он не указывал обратный адрес. Может быть, она сама давно сменила место жительства, и все его письма приходят в никуда. Но что-то подсказывало Тубису беспочвенность его подозрений. Он чувствовал: сестра получает его письма. Каждая написанная им строчка была ею прочитана. Завтра он заедет на главпочтамт и опустит конверт в почтовый ящик.
На крыльце послышались чьи-то шаги, а затем какая-то возня. Тубис метнул взгляд на больную — чтобы перенести ее обратно в подвал, понадобится по меньшей мере пара минут. За это время нежданный гость запросто ворвется в дом. Сан Саныч погасил лампу, тихо выдвинул верхний ящик стола и достал нож. На всякий случай.
Олеся замерла на пороге, собираясь с духом, и постучала. Дверь оказалась не заперта.
Тубис рванул дверь на себя и застыл на месте:
— Анька? Ты чего скребешься, как вражина? Я тебя едва не прирезал, глупая.
Овчарка виновато прижала уши и тихонечко гавкнула.
